Я буду любить за двоих

Может, попросить помощи у его личного секретаря?

Я набираю внутренний номер приемной Огнева, после единственного гудка мне отвечает приятный женский голос:

– Офис Александра Огнева, чем могу помочь?

– Доброе утро, вас беспокоит Вероника, я помощник господина Ворошилова. Дело в том, что Александр Владимирович поручил сделать кое-какие изменения в одном контракте, а я не могу разобрать его почерк. И у меня к вам огромная просьба помочь мне в этом. Вы, как его личный секретарь, наверняка можете разобрать, что он написал, – на другом конце линии я не слышу никакого ответа.

– Вероника, я даже не знаю, чем вам помочь. Катя сейчас на больничном.

– Катя?

– Его личный секретарь. Я заменяю ее некоторое время. Но вы можете подойти. Может, я смогу разобрать его почерк.

Не думаю, что это хорошая идея. Я не знала ее уровень доступа к такой информации.

– А Александр Владимирович сейчас занят?

– У него посетитель.

– А вы бы не могли мне сообщить, когда он освободится?

– Конечно.

Я сказала свой внутренний номер телефона и собиралась поставить трубку.

– Вероника, подождите… Его посетитель уже уходит. Я соединяю вас с господином Огневым.

Мой пульс участился, а дыхание стало прерывным.

– Огнев.

Его голос был резким и немного недовольным. У меня возникло желание тут же отключиться.

– Доброе утро, Александр Владимирович.

– Доброе.

Я замолчала, не зная, что сказать. Все мысли вылетели из моей головы.

– Вероника, вы позвонили для того, чтобы я слушал, как вы сопите в трубку?

Я соплю? Соберись, девочка.

– Вы сделали необходимые изменения в контракте?

– Видите ли, Александр Владимирович… дело в том, что я ничего не понимаю из того, что вы написали. У вас очень… м-м-м… своеобразный почерк.

Я слышу его выдох. Он недоволен моим ответом.

– Подойдите ко мне в двенадцать часов.

Я не успеваю ему ответить, так как он уже бросил трубку.

М-да, похоже, господин Огнев бывает иногда очень бесцеремонным. На самом деле я понятия не имела, каким он обычно бывает.

– Надя, я, скорее всего, не пойду сегодня на обед. Купишь мне чего-нибудь поесть?

– И почему меня это не удивляет? Не знаешь? Может, ты отложишь все-таки работу на час и сходишь с нами пообедать?

Я помотала головой.

– Ты вечно сидишь на работе, Вероника, – начала заводиться она. – Я прихожу – ты на работе, я ухожу – ты на работе, на обед в последний раз ты когда с нами ходила? Не помнишь? Вот и я не помню.