Воронья душа. Том 1

Дойдя до широких резных дверей своих покоев, принцесса обернулась к своим сопровождающим, больше смахивающих на тюремщиков, и холодно сказала:

– Дальше я пойду одна.

– Нам приказано следовать за вами, – буркнул ей в ответ один из воинов.

– Даю вам слово, бравые воины, что скоро я выйду. И, если вы боитесь, что я сбегу из своих покоев через окно, то вы ошибаетесь: мы находимся на тринадцатом этаже, а крыльев за спиной у меня нет. – Сильвия зашла в свои покои и захлопнула двери прямо перед назойливыми воинами жениха.

Оставшись одна, девушка быстро подошла к кровати, села на край и с отчаянием уронила голову на руки. Никогда в своей жизни она, гордая принцесса Фламмехава, не знала унижения, но узурпатор Мёрксверд наносил ей оскорбления весь этот печальный и ненавистный день. Ее жених! Ее будущий муж! И, если он позволяет себе так открыто осыпать ее издевками здесь, в Блутоке, что ждет ее там, где он считается властителем, пусть и незаконным?

«Огненные предки, дайте мне сил… Я ненавижу этого человека и все, что с ним связано! И именно мне уготована судьба его супруги! Уверена: один мой неверный шаг, и он лишит меня жизни, сожжет на костре, как ведьму… Он желает от меня покорности, и он ее получит! Ведь только так я смогу остаться в живых… – подумала она, и по ее щеке медленно прокатилась слеза.

Но девушка тут же стерла ее ладонью. – Но, клянусь любовью к своей матери: ему не сломать меня! Пусть унижает меня, избивает, насилует! Я стерплю все это ради мира… Но, как же я желаю, чтобы он поскорее умер или был убит! Я, верховная демонесса, дочь всемогущего Ламара Росси, боюсь… Боюсь этого человека!»

Чтобы еще больше не впасть в омут отчаяния, Сильвия поднялась на ноги и, подойдя к шкафу и открыв его, выбрала и надела длинное черное корсетное платье с высоким горлом, украшенным алыми драгоценными камнями, но с достаточно заметным вырезом декольте, а в уши вдела большие красивые серьги с кроваво-красными сапфирами.

Она была прекрасна, но знала, что такой ее облик жених отвергает, презирает, однако у нее не было возможности надеть что-то поскромнее, как, впрочем, и желания: пусть Дерек Мёрксверд видит, что она еще не окончательно потеряла себя.

Смотря в большое серебряное зеркало на стене, принцесса грустно улыбнулась.

«Мне нужно не забывать о том, что в первую очередь я не дочь короля, не невеста, не жена, а дипломат. А дипломатия всегда была моей сильной стороной» – решила она и покинула свои покои.