Цветы для Чирика

Правда? А заодно объясни менту, где это ты нашел такую бумажку?

И еще раз строго сверкнув золотой оправой очков, неторопливо двинулся по тихой аллее.

Даже ни разу не оглянулся.

Груня ошеломленно прижал руки к груди.

Вот связывайся с культурными!

Глава IV

Бизнес-вумен

3 июля, Новосибирск

Валентин проснулся.

Он привык к частым переездам с места на места. Какие-то квартиры он помнил подолгу, какие-то забывал сразу.

В этой он был впервые.

Приехав утром из аэропорта, он бросил вещи прямо в прихожей, точнее, в длинном коридоре, даже чрезмерно длинном, странная планировка, на его взгляд, потом принял душ и сразу лег спать.

Из чужой сумки, которую ему из аэропорта пришлось тащить с собой в квартиру Куделькина-младшего, торчал коротенький хвостик антенны радиотелефона. Валентин был совершенно уверен, что по законам свинства хозяин радиотелефона непременно объявится и обязательно выдернет его из сна уже где-нибудь через полчаса и заранее злился на странного соседа по самолету, уже доставившего ему множество неудобств в аэропорту и, несомненно, готовящего ему новые неудобства.

Где-то за стеной прерывисто, короткими очередями, затрещала водопроводная труба.

Как пистолет-пулемет Вальтера, автоматически отметил Валентин. Автоматика Вальтера работает на принципе замедленной отдачи затвора, отсюда и этот легко улавливаемый интервал между выстрелами. Здесь с тем же интервалом отдавала труба.

В такт трубе громыхнул лифт.

Кажется, шахта лифта чуть ли не примыкала к стене кухни.

Чужие звуки.

Они настораживали.

Так настораживает, вспомнил Валентин, густая душная тишина казармы за секунду до побудки. Ничего еще не произошло, просто где-то на пустом плаце споткнулся разводящий или где-то на кухне дежурный случайно громыхнул черпаком… Самые безопасные, ничем не грозящие звуки… Ничего еще не произошло, но понимаешь, что сну конец…

Прежде, чем пройти в ванную, Валентин распахнул дверь и вышел на балкон.

Высокое летнее, забросанное мелкими облачками, небо.

Солнце, тусклое от летней утренней дымки.

Теплый воздух, нежно пронизанный внутренним сиянием и почти неуловимыми тенями.

Для такого высокого, летнего, пусть даже слегка заволоченного нежной утренней дымкой неба город с балкона выглядел вызывающе плоским. По крайней мере, он ничем не напомнил Валентину те города, в которых ему пришлось побывать за последние пять лет.