Собственность Харуга

– В каком смысле? У тебя растут клыки, хвост или что-то в этом роде?

Милабелла поперхнулась от гнева.

– Ничего подобного! – она пыталась подобрать слова. – Я становлюсь другой…

Харуг задумался, принял сидячее положение.

– С этого момента поподробнее.

Милабелла рассказала все как на духу и только потом решила, что она самая последняя идиотка, потому что еще недавно считала Харуга врагом, а теперь раскрыла ему все карты. С ее внутренними переменами Харуг становился для нее незаменимым, и это нужно как можно скорее остановить! Радовало то, что ей хватило ума утаить от него секретную и самую ценную информацию: брошь, ее заговор с Летти и Камбаррой против него и дневник Зильгерда, который перевел Мимбр.

Харуг внимал каждому слову девушки и с каждым разом все сильнее хмурился.

– Интересно, где ты обо всем этом узнала? – без тени улыбки на лице спросил он. – С чего взяла, что мы влияем друг на друга?

– В одной из книг, – выпалила Милабелла и пожалела, что вовремя не прикусила язык.

И вот как теперь выкрутиться?

Он встал с кровати и только сейчас Милабелла увидела, что он обнаженный. Со словом «Ой» она крепко зажмурилась, успевая увидеть подкаченный пресс, мускулистые плечи и то, что было ниже пояса.

Харуг подошел к ней вплотную.

– В какой конкретно книге?

– Не помню! – напряглась она так, словно вот-вот сломается. Как-то ужасно дискомфортно стоять впритык к голому мужчине.

– Не помнишь, значит? – он приблизился совсем близко и прикоснулся к ее коже.

Защита разбилась вдребезги о его прикосновение и разлетелась сотней мелких осколков. Под подушечками пальцев Темный король ощутил гладкую нежную кожу.

– Я слышу твою ложь, а еще то, что тебя ко мне тянет так, что ты еле сдерживаешься, чтобы не напрыгнуть на меня.

Милабеллу всю трясло. Она недоумевала, почему брошь не работает?! Почему Харуг с такой легкостью касается ее кожи? Ей бы отойти от него, залепить затрещину, воспротивиться, но она почему-то не могла этого сделать. Что происходит?!

Прикосновения Харуга задевали ее нервы, играли со струнами ее души, ласкали, дарили ощущение тепла и нежности.

Она чуть не застонала от сладостного удовольствия. А когда Харуг отошел от нее на шаг назад, разозлилась, желая продолжения, а затем распахнула глаза и вся сжалась от ужаса, осознавая, что на самом деле произошло.

– Ни это ищешь? – в его руке лежала та самая брошь, и Милабелла побледнела. – Тебя это не спасет, если ты все еще на это надеешься.