Санголд

Вдали на стволе дерева промелькнул еще один огонек. И еще один. Огоньки уводили ее вглубь леса.

Эйль нахмурилась, обернулась к озеру и мурашки побежали по телу. Она так и не поняла, что это за место, но оставаться здесь на ночь не рискнет.

Эйль набралась храбрости и побрела за огоньками. Выругалась себе под нос: одна в лесу, да еще и ночью! И каким местом она думала, когда храбрилась перед Маркусом? Даже несмотря на то, что в ее крови течет частичка лунного дара, страха это не убавляло. И тут же вспомнила про домик в лесу.

В чаще заметно похолодало. Эйль обняла себя руками и шла вперед – за огоньками, постоянно оглядываясь на озеро. Деревья напоминали чудищ из детских страшилок: скрюченные ветви тянулись к ней, словно хотели утащить в свое логово.

Эйль пошла быстрее. За могучим дубом стоял домик, как и сказал Маркус. Эйль ускорилась, добежала до укрытия. В висках стучало. Она пообещала себе больше не бродить ночью в лесу.

Дрожащими пальцами прикоснулась к ржавой ручке и дернула на себя. Вбежала внутрь, поспешно закрыла дверь и облокотилась на нее.

Помещение осветилось ярким светом. Эйль инстинктивно закрылась рукой. В домике пахло сдобой, на низкой кровати лежала стопка одеял. Эйль проверила, заперта ли дверь, подошла к кровати, расстелила постель, укрылась одеялом и провалилась в сон.

Глава 22 – Раздор

Санголд поглотила ночь. Брауни перевернулась на бок и уставилась на Габриэль. Сестра улыбалась во сне. Видимо, ей снилось что-то приятное.

Сердце сжималось в груди, глядя на сестру.

Они неразлучны с сестрой. И ей надо скорее найти Эйль, чтобы прислуживать Владыке рядом с Габриэль в замке! Она не могла сомкнуть глаз, в голове крутился вопрос: где дочь Владыки? Она вскочила на кровати, как только в голову закралась дельная мысль – есть одно единственное место в Санголд, которое даст ей ответ на этот вопрос.

Брауни обула сапоги, взяла в руки два кинжала, заправила их в голенища и вышла на крыльцо. Мгновение, и на месте девушки стояла черная ворона. Брауни взмахнула крыльями и взлетела вверх.

Ветер развивал иссиня-черные перья при свете луны. От полета по телу разлилась приятная дрожь. И это чувство не спутать ни с чем. Иногда в голову закрадывались мысли, что лучше остаться на всю жизнь вороной и парить высоко над землей. Но тут же ее одолевали сомнения.