Санголд

– С ней все будет в порядке? – произнесла Эйль, все еще не веря в то, что мгновение назад эти люди были тиграми. Рядом с ними она чувствовала себя куском мяса. – Так, я пойду.

– Куда? – с издевкой произнес мужчина. – Ты пленница здесь, точно так же, как и мы! Тебе некуда идти.

– Что? – брови Эйль поползли вверх. – Чушь! И вообще кто ты такой? – она перевела взгляд на девушку на своей кровати. На ее теле были те же черные полосы, что у него. – Кто вы такие?

Мужчина глубоко вздохнул.

– Это Глорис, моя сестра, а я Эригон.

Эйль уставилась на него во все глаза.

– У тигров хороший слух, – произнес он.

– Да, – еле слышно произнесла Эйль. – А кто ты? Ну то есть я думала, что вы тигры, а не люди! Не понимаю, как такое возможно. И там, во дворце Гелены. Это был ты?

Эригон обтер мокрой холстиной лоб сестры и молча кивнул.

– Ничего не понимаю. Как вы оказались в клетке? Вы оба?

– Мне тоже хотелось бы это знать, – произнес Эригон.

– Не помнишь? И как здесь оказался не помнишь?

– Стражницы переместили нас сюда. И поместили в эту клетку.

– Зачем вас было запирать? – Эйль напряглась от догадки. – Вы пленники! Что вы натворили?

– Мы ничего не сделали! – яростно ответил Эригон, отчего Эйль отступила назад.

Глорис застонала, Эригон замолчал и уставился на сестру. Она открыла глаза и измученно улыбнулась брату.

– Что я могу сделать для нее? – спросила Эйль.

Эригон удивленно посмотрел на Эйль.

– Ей нужно время.

Эйль не сразу поняла, что он имеет ввиду, пока ожог не стал медленно затягиваться на глазах.

– Регенерация у нас в крови.

– А что с твоей рукой? – спросила Эйль.

Эригон протянул Эйль свою руку, перевернул ладонью вниз и снова вверх.

– Невероятно! – опешила Эйль. Рана на руке исчезла!

Эригон усмехнулся.

Комнату заполнил звук гонга. Оба удивленно покосились на дверь. Глорис прикрыла глаза, сжала зубы от боли.

Эйль повернулась к окну и поспешно подошла к нему. Внизу суетились Дети Солнца, они спешили ко входу в замок, толпились возле него.

– Они торопятся в замок, – задумчиво произнесла Эйль.

Она повернулась, но след Эригона и Глорис уже простыл.