Брачный контракт, или Who is ху…

Потому что считала, что ее работа – это семья и Димка. По сравнению с ней даже уличные побирушки были искушеннее и опытнее, так как твердо знали, чем зарабатывают себе на хлеб. Она гнала от себя мысли о том, что Игорек может бросить ее, но иногда предательские сомнения все-таки терзали ее душу. Ответ был всегда один – она пропадет. Что такое «пропадет», Лера точно не могла объяснить. Просто ей всегда приходило это в голову, когда про кого-нибудь говорили, мол, он не пропадет. И тот, кто «не пропадет», всегда представлялся ей редким жуликом, крученным в разных жизненных ситуациях, выходящим сухим из воды, наглым и беспринципным субъектом.

Сразу же после этого подонка воображение услужливо рисовало перед мысленным взором ее саму, обязательно в обнимку с сыном – беззащитную мать, окруженную хищниками, готовыми растерзать ее тело на мелкие куски и поглумиться над останками.

– Ну, все, хватит рыдать, я же здесь, пойдем, я тебя уложу баиньки.

У них был секс, какого никогда еще не было: на взводе, на надрыве, как в последний раз.

– Вот видишь, иногда все-таки надо тебя расстраивать, – пошутил Пуся.

Муся смущенно улыбнулась. Они помирились.

Так как дальнейшие уроки гениального астролога не смогли успокоить бурю сомнений в Лериной голове, за последующие несколько недель они помирились при аналогичных обстоятельствах еще семь раз.

С каждым разом количество адреналина увеличивалось.

Пыточные разговоры, которые заводил Игорь о том, что жизнь не удалась; что неизвестная принцесса из сказочного королевства где-то тихо плачет у окна и ждет его, своего принца (а если честно, то короля, если принять во внимание сорок третий год от рождения); что, конечно, благороднее и лучше было бы сделать это (уйти на поиски счастья) уже давно; что Лерка – молодая, здоровая баба – еще найдет себе мужика (это вообще никуда не годилось, потому что о себе он говорил «пожить по-человечески на старости лет»), стали почти ежедневными.

Лера втайне начала подозревать фактическое наличие принцессы, плачущей у окна, возможно, с младенцем на руках. С каждым днем воображаемая картина становилась все полнее.