Садхана

Затем упал на колени, запрокинул голову и, раскинув руки в застывшем полёте, стал голосить… Он возносил хвалу Всевышнему… Он ловил спасительные потоки всем своим существом, принимая в себя волю Индры и великую силу Брахмы… Ветер сносил грозу в сторону – к югу.

Дождь поутих и шумел, не хлеща, на прощанье отпаивая истосковавшуюся пустошь. В этом умиротворяющем упоении вдруг зазвучали какие-то странные сигналы, это были звуки непонятного происхождения, и звучали они навязчиво…

…Странные звуки усилились, они напоминали какую-то сигнализацию, схожую с пиканьем электронных приборов, и это вносило тревогу в распахнутый мир… Сергей Самородов резко вскинул голову, очнувшись от дрёмы, и лихорадочно осмотрелся… Звуки исчезли.

«Что это? Слуховая галлюцинация? Или что-то ещё?» – подумал целитель. И вдруг он чётко вспомнил всё, что только что видел в своей полудрёме. Всё в нём всколыхнулось. Он вдруг ясно осознал, что Самадхи, шедший по пескам, – это он сам, Сергей, но только в другой интерпретации, точнее – в другом воплощении…

– Что это? Прошлая жизнь? Моё предыдущее воплощение?.

Его окатила волна восторга.

За окном бушевала гроза, ливень бил по стёклам, внося перемену в разбуженный мир. Сергей посмотрел на часы, – было девять вечера.

– Однако… Пора домой, – сказал он сам себе.

Он проверил, всё ли в порядке, окинул взглядом салон… Салон действительно радовал. Всё – в светлых тонах, экзотические аксессуары, – от магических кристаллов и диковинных камней разных цветов и форм под небольшими прозрачными пирамидами – до огромных морских раковин и бамбукообразных раструбов с нависшими над ними разнотональными колокольчиками, уникальная таинственная подсветка по периметру сверху, семью лучами бьющая в центр, кроме того – внизу два софита, дающие светлый поток, и бра на мистический лад, японский музыкальный центр с акустической стереосистемой, минимум мебели, всё – в гармонии, большие иконы – по одной в каждом углу: Дева Мария, Спаситель, Николай Чудотворец, Серафим Саровский.