Жжение. Женские рассказы

Его зовут Артём, и он вызывал желание составить второе впечатление.

– Откуда вы знаете? Летаете часто? – спросила я.

– Да нет, не сказал бы.

– Значит, вам везло, попадались сплошь модели!

– Нет, – засмеялся он. – Я точно знаю. У меня сестра десять лет отлетала стюардессой. Знаю, какой был строгий отбор и какие требования. Она и ушла потому, что стали брать всех подряд. Раньше это была элита, так сказать, а сейчас всякий сброд. Вон, видели? – он кивнул в сторону уехавшей стюардессы с тележкой.

 – Ей за прилавком стоять, а не летать. А это изначально – конфликтная ситуация в коллективе.

– Согласна.

– Да это же очевидно, – вздохнул сосед и поёрзал в кресле.

Он не выглядел перелётным болтуном, которому только покажи пристегнутые уши – и приступ словоохотливости не остановить. Умный взгляд, продуманная щетина, красивый нос. С такой внешностью наблюдают и помалкивают. Но ему явно хотелось продолжить разговор. Да и мне тоже. Впрочем, что ещё делать от разноса напитков до судьбоносного выбора между курицей с макаронами и говядиной с гречкой.

– Работать здесь это ведь так тяжело, мне кажется, – сказала я. – Постоянно в тесном, замкнутом пространстве. Не говоря уже о том, что люди разные бывают, и ситуации.

– Не знаю, сестре нравилось. Она очень хотела летать, такой конкурс прошла! Работала сначала на внутренних рейсах, потом на международных, потом даже на вип-рейсы ее ставили! – с гордостью сказал сосед.

– Что значит вип-рейсы?

– Это когда летит кто-то важный.

Он может один быть в самолёте или небольшая группа. На такие рейсы ставят лучших из лучших!

– А вам приходилось летать с сестрой?

– Ой, с ней невозможно! – заулыбался он. – Еду она не ест, говорит, что лучше не знать, как её готовят, ошибки все замечает, возмущается! Принципиальная она у меня…

– Красивая? Вы, наверно, похожи?

– Нет, я на маму похож, а она на отца больше. У нас отец армянин, а мама русская.

Мы из Армении сами. Она – да, красивая. А у меня фото есть. Сейчас… – Артём полистал и протянул мне смартфон. – Вот она, сестричка моя.

На фото – милая темноволосая стюардесса стоит возле кресла единственного в самолёте пассажира в белом одеянии религиозного служителя. Он пожилой, седой, но лицо загорелое и глаза светятся. Девушка держит его ладонь обеими руками, сверху и снизу. Её глаза закрыты и лицо такое, словно она молится, прикоснувшись к святыне.