АльteRNatива

Но все всё равно зачем-то ждали заранее и создавали столпотворение.

Сейчас мы с Толстым опоздали, и уже никого на улице не было. Все давно уже ели, или даже закончили есть. На входе мы столкнулись с группой пацанов из чужой школы, они выходили на улицу и враждебно на нас пялились.

Мы приняли вызов и не отводя глаз замедлили шаг.

– Смотри какой свин, – громко сказал один из пацанов.

Толстый остановился, я стоял рядом.

– Кто сказал? – прорычал он.

– Что именно сказал, жирдяй? – съязвил тот же голос.

Это был коренастый козёл с наглой рожей. Наверное, самый из них основной. Эти ребята явно не знали на кого нарываются.

Я вышел вперёд, опережая друга:

– Подойди, – сказал я коренастому козлу.

В минуты ярости Толстый становился очень опасным, и чтобы избежать лишних недоразумений, в этот раз я решил сам отстоять его честь.

Коренастый козёл ухмыльнулся и скрестил на груди руки.

– А ты кто такой, чтоб я к тебе подходил? Сам подойти!

Я ответил:

– Я уже подошёл и я здесь один.

Это подействовало, и козёл двинулся навстречу.

– Кто лох? – вызывающе спросил он, по-бараньи выпятив лоб.

Вместо ответа, я двумя руками схватил его за шею и с размаху ударил коленом под дых. От неожиданности он не успел заслониться, и удар пришёлся прямо в «солнышко». Хватая ртом воздух, коренастый опустился на землю и скорчился.

Друзья терпилы оторопело молчали, я взял Толстого под локоть и увёл в столовку.

В помещении пахло выпечкой и повидлом. Как я и предполагал, на полдник не было ничего примечательного – ватрушка с вареньем и стакан молока. Стоило ради этого вообще делать отдельное посещение столовки?

В большом зале, в шахматном порядке были расставлены квадратные столы, каждый из которых был рассчитан на четверых. Половина столовой была уже пуста. В некоторых местах сидели малознакомые нам пацаны и тёлки. Парни из нашей банды всегда занимали места в глубине зала.

Когда мы подходили к своим, Толстый недовольно пробурчал:

– Зря ты вмешался, я должен был сам ему жопу надрать.

– Ладно, в следующий раз будет твоя очередь, – рассеяно отозвался я.

Мы уселись за стол с двумя нетронутыми порциями полдника, за соседним столом вальяжно потягивали молоко наши друзья. Чудо-тварь пригубил стакан с таким видом, будто пил дорогое вино.

Он спросил:

– Выспался, Смык?

Чаще всего мы называли его сокращённо – Чет.