АльteRNatива

 – Знаете сколько среди милиции оборотней? Они, мало того, что продались половина, так даже ещё и среди тех кто прямо не прислуживает уголовной мрази, многие ими открыто восхищаются, всякие басни между собой пересказывают. Мол, вон смотри, Вор в законе! Кузя Метла, центральный район контролирует, авторитет! Ему все платят! Они же так между собой и разговаривают! А спроси кого из них: как же так? А он тебе ответит, что это вина государства, которое довело его до такой жизни!

Илья Владимирович кипел:

– Ага! Как же! Государство! Все мы в одном и том же государстве живём, но почему-то одни становятся сволочами, а другие нет! Почему эта шваль считает возможным оправдывать свою низость обстоятельствами, когда обстоятельства для всех одинаковы?!

– Хватит уже вам, – мягко сказала мама.

Мы шли с Витьком поодаль, слушали разговор и тихо посмеивались, переглядываясь друг с другом. Мы были ещё не в том возрасте, чтобы думать о высоких материях, и всё это совместное возмущение моего отца и деда Красного нас только забавляло.

Мама расспрашивала об обычных вещах: как кормят, как часто делают уборку в корпусе, не болею ли я, не болеют ли другие мальчики. И всё такое, обычные вопросы для поддержания умеренной паранойи и привычки побеспокоиться заранее, на всякий случай, чтобы не пришлось беспокоиться впоследствии. Все эти приёмы я с возрастом изучу и сам, а пока я шёл, автоматически отвечал и время от времени поглядывал в сторону Бога.

Должен ещё раз отметить, что хотя моя мать и научила меня когда-то молиться – она, тем не менее, никогда не учила меня делать то, что стал делать я. Смотреть в сторону Бога, чтобы регулярно показывать ему свою покорность и готовность понести наказание, а также ритуал извиняться взглядом, я изобрёл самостоятельно.

Так что если кому потребуется создать новое направление христианской религии, он всегда может обратиться ко мне – я помогу.

Вернувшись в корпус, мы обнаружили пустую комнату. Все куда-то разошлись. Кто-то ушёл провожать родителей, кто-то просто гулять.

Едва переступив порог, мама тут же стала возмущаться и причитать:

– Боже мой, какая антисанитария! Пылища везде, полы грязные!

Через минуту она уже орудовала тряпкой, а мой отец и дед Красного двигали от стены койки, помогая организовывать влажную уборку.

– Да хватит уже, дед! – не выдержал Прокопенко.