Эйль

Ей казалось, что, держа ее на руках, она может защитить малышку, а как только выпустит, то случится что-то ужасное. Предположения отца больно ранили. Как бы она не сопротивлялась этим мыслям, а они могли оказаться правдой! Принцессу сжигало чувство вины. Нельзя было брать Тайару с собой! Гайдар уговаривал оставить дочь с Маджей, чтобы та присмотрела за ней, но Лилиана слушать не желала о разлуке с дочерью! И вот они в Керании, и случилось непоправимое: Бренга убита, а Маркус вселился в малышку, которой от роду и месяца нет.

Если Маркус и правда вселился в Тайару, то в этом виновата лишь Лилиана.

– Поспи, я посижу с ней. Ты устала с дороги, – сказал Гайдар.

Они находились в ее бывших покоях. Шторы валялись на полу, комод разгромлен в щепки, торшер разбит. Лилиана прошагала вперед, наступая туфлями на осколки и щепки. Присела на кровати, свободной рукой погладила приятное на ощупь шелковое покрывало.

Глаза закрывались, Лилиана зевала во весь рот, но приказывала себе не спать. Усталость тяжелой ношей обрушилась на плечи.

– Как думаешь, куда они все подевались? Где все? – тихо спросила Лилиана, лишь бы не уснуть.

– Не знаю. Похоже, мы опоздали.

– Опоздали, – грустно сказала Лилиана. – И Людвига не в себе.

В дверь постучали. На пороге стоял Дамиан. Король выглядел усталым, будто постарел на глазах за последние полчаса, тяжело дышал и хватался за сердце. Разговор с дочерью не клеился, Дамиан взволновано пересказывал обрывки фраз. Лилиана смирилась с тем, что выжать хоть что-то полезное от отца не сможет и перенесла разговор.

Дамиан лег на кровать старшей дочери, Аннэт жила с мужем и дочерью в Перуэ, и комната в настоящий момент все равно ей не понадобится. Король хотел уснуть, но мысли не давали покоя. Он больше не мог держать все в себе, пора избавиться от тяжелого груза и рассказать, что произошло на самом деле.

Он рассказал, как когда-то нашел древнее зло, как Маркус завладел его телом.

– Что ты чувствовал?

– Лилиана, ты не понимаешь. Ты не представляешь, – нервно говорил он.

 – Сначала я еще мог с ним хоть как-то бороться. Он становится сильнее только на пятый день. Ты словно лишаешься рассудка, ничего не контролируешь, твой разум отключается. Он показывал мне ужасные вещи, на которые я никак не мог повлиять. Он слишком силен, – Дамиан замолчал, он смотрел в стену не мигая – Топольского леса больше нет, как и королевства. Я уничтожил его. На моих руках смерть придворных и слуг, – Лилиана смотрела на него очень внимательно.