Эйль

Детский крик нарушил молчание и выдернул его из оцепенения. Он не шелохнулся. Тайара продолжала кричать. Эйль покосилась на него.

– Так и будешь стоять на месте?

Маркус отмахнулся.

– Ааргон успокоит.

Эйль непроизвольно развернулась к кровати и посмотрела на кучку пепла, которая осталась от Ааргона. Маркус проследил за ее взглядом. Зрачки потемнели, быстрым шагом пересек зал, присел на корточки и принюхался как цепной пес.

Маркус резко развернулся к Эйль. Она высоко подняла голову и смотрела на него с вызовом.

– Зачем ты его убила? – обманчиво спокойно спросил он.

– У меня не было другого выбора, – пожала плечами Эйль. – Или его жизнь, или моя.

Выражение лица Маркуса невозможно прочитать.

– Он угрожал тебе?

– Нет.

– Что тогда?

Силы придали ей смелости.

– Видишь ли, дорогой супруг, – с издевкой произнесла Эйль. – После того как ты меня убил, мне выпал второй шанс, и я изменилась, – она смотрела на него с вызовом. – Впрочем, и ты уже другой. Что ты сделал с зеркалом? Кого ты ко мне подослал? Кто те служанки?

– О каком зеркале ты говоришь? – он покосился на нее, на лице читалось удивление и замешательство.

Эйль искала подходящие слова. Если Маркус узнает, насколько дорого ей это зеркало, то может разрушить его, чтобы наказать. Она должна вернуть зеркало целым и невредимым. Любой ценой!

Эйль глубоко вздохнула и посмотрела на него.

– Мне нужно зеркало. Принеси мне его! – она обошла его вокруг и не сводила с него глаз.

– Зеркало, – эхом повторил Маркус под чарами Эйль.

Маркус находился в каком-то оцепенении. В висках стучало, в голове вспыхнула навязчивая мысль: «Найти зеркало». Стоп! Острая боль в ладонях вырвала его из затуманенного состояния, он поднял руку и схватил Эйль за горло, приподнял на уровне глаз.

– Ты что задумала, Эйль?

Она трепыхалась как рыба, пыталась ослабить его хватку, но невозможно разжать пальца Маркуса. Они словно каменные! Еще мгновение, и он ее убьет! Маркус разжал кулак. Эйль рухнула на каменный пол.

– Еще раз так сделаешь, и я тебя убью!

Маркус развернулся и выскочил прочь. Эйль смотрела ему вслед и прижимала руками горло. Теперь она чувствовала боль.