Родственные души

К тому же много песен было и на английском. Мне попалось несколько лиричных, убаюкивающих мелодий, где гармонично сливались звуки пианино и саксофона, и парочка динамичных, танцевальных песен, в которых главным героем выступала гитара.

А какой глубокий голос с хрипотцой у солиста, о чем бы он там не пел…

Муж забрался под одеяло и спросил, как прошла встреча. Я вздрогнула от неожиданности, таким далеким, мне сейчас казалось, все, что происходит в реальности.

– Все нормально, как всегда, хорошая компашка, – я подергала плечами.

– Ну и отлично, ты у меня большая молодец.

Я испугалась, что он начнет расспрашивать, и я покажу лишнее своим румянцем или неуместным замечанием. А вдруг он начнет ревновать, хотя и нет никакого повода, что я скажу? Как оправдаюсь? Но нет, муж повернулся снова к телефону, а я сделал вид, что читаю книгу, хотя сама сгорала от стыда от того, что так увлеклась чужим голосом.

Завтра у нас первая экскурсия, нужно выбросить все это из головы.

Я долго думала, с чего начать наше путешествие. С одной стороны, можно было показать дома в старорусском стиле, покрытые исторической пылью переулки, дома известных писателей. Или начать с чего-то более привычного для иностранцев, готического стиля, остроугольных крыш, католических церквей.

Москва может удивить любого гостя, но, чтобы это было приятное удивление, нужно знать правильные места.

Глава 5

Я выбрала второе. На следующий день мы заехали за туристами.

– У нее тут своя программа, – подмигнул мне блондин Доминик, – если в нашем расписании нет баров, можно ее не беспокоить. Да и раньше трех ее теперь не добудишься.

– Хорошо, тогда пойдем, – я в нетерпении ожидала интересные рассказы.

С погодой снова повезло, правда было немного жарко для долгих прогулок, но я надеюсь, мне попались крепкие парни.

Поскольку «Националь» находится ровно напротив Кремля, мы начали маршрут с Красной площади.

Есть легенда, например, что на берегах Москва-реки еще до 1147 года располагались сёла богача Степана Кучки, который однажды не оказал должных почестей проезжавшему через его земли князю Юрию Долгорукому. Сыну Владимира Мономаха это пришлось не по душе и он велел казнить недружелюбного боярина.