ПластМасса

Ему казалось, что все вокруг замерло и он видит только ее, даже предстоящее опетушивание казалось ему чем-то забавно-притягательным, ведь это означало то, что он сможет провести время вместе с ней.

Мельпомена понемногу успокаивалась, встряхивая головой в разные стороны, убирая волосы рукой.

– Ну так, ладно, забились? – Она протянула руку.

– Забились. – Даня с улыбкой пожал ее вспотевшую ладонь.

– А ты даже спорить не будешь?

– Нет, не буду, все по-честному.

– Хм, ну ладно. Тогда жди моего сигнала, это может быть в любой из дней, которые ты тут проведешь.

– Хорошо, буду ждать с не-тер-пе-нием!

– Да вы, батенька, мазохист.

– Чуть-чуть того, чуть-чуть сего, иначе скучно было бы жить.

– Мне кажется, что скучная жизнь лучше “веселой”, когда все размеренно и не выбивает из колеи. Когда ложишься спать, четко зная, что тебя будет ждать завтра.

– Прям как домашняя кошка.

– Мурмяу. – Она сделала жест, словно кошка выпустившая коготки. – Домашние кисы прекрасны.

– А мне кажется, что они несчастны.

– Ну не скажи, иначе они бы не урчали, сидя у меня на коленках.

Дане вдруг пришла глупая мысль, которую он вовремя решил оставить в своей голове и не произносить вслух.

– Не соглашусь с тобой, Мель, они урчат только от того, что другой жизни не видели. Представь – ты всю жизнь сидишь дома, всю, мать ее, жизнь, тебя кормят сухариками из одной и той же миски, всю жизнь у тебя одни и теже места для игр, для сна и для туалета, ты в целом большую часть жизни видишь одних и тех же людей, и смотришь на мир через окно.

– Да-а, проснулась, меня погладили, меня покормили, со мной поиграли, пошла потом легла на клавиатуру или кресло у рабочего стола, и меня никто не хочет сгонять, потом покакала в лоточек, а меня похвалили и тут же убрали за мной. Пррре-мур-лестно-о.

– А как же увидеть мир? Ты сейчас так говоришь, поживи так пол года-год, явно на стенку полезешь, что коты, кстати, иногда и вытворяют. Тем более – они все же животные, если их не кастрировать/стерилизовать, то в них жизнь бьет ключом.

– Я не думаю, что коты хотят посетить Венецию и поплавать по ее каналам.

– Я говорю не про туризм, а про открытый, живой мир. Какого это поймать мышку и чувствовать, как ты сворачиваешь ей шею, а потом съедаешь ее, или играешься с ней. Это нельзя сравнивать с силиконовыми игрушками, с подделкой. Настоящее – неподдельное, более жизненное. Тем более коты – звери.