Первое свидание (сборник)

Утром вместо школы я пришёл в детскую поликлинику, встал в очередь и сам себе вызвал врача. Не теряя времени даром, в очереди начал входить в образ больного человека. Брови домиком поползли вверх, губы скорбно поджались, взор погрустнел.

– Мальчик, а ты не себе вызываешь врача? – из окошка регистратуры на меня пристально смотрела строгая тётя в очках.

– Нет! – в начале дня врать так же тяжело, как и вообще что-либо делать по утрам.

– А кому? – не унималась дама в белом халате.

– Соседу… По коммуналке, – второй раз солгать получилось проще, несмотря на утро.

Через пару часов ко мне, вдавленному тяжёлой болезнью в кровать, пришла Ватлина – наша участковая докторша. Измерила температуру, помяла живот и задумчиво посмотрела в мои честные глаза.

– Так что же тебя беспокоит? – Ватлина пыталась выяснить симптомы неизвестной болезни.

– Да вот, как-то плохо мне… – промямлил я, с деланным усилием поднял руку и вяло покрутил кистью.

– Общее недомогание? – честно делала свою работу врач.

– Ага, недомогание, – диагноз пришёлся мне явно по душе.

Женщина вздохнула, выписала рецепт и назначила время приёма через три дня.

Вот она – свобода! Теперь можно спать, сколько хочешь, не тратить время на домашние задания, а значит – читай себе книжки, да телик смотри!

Балдёж!..

Ватлина, так и не определив, что за недуг свалил такого крепкого с виду мальчика, отправила меня сдавать кровь на анализ. Конечно, делать это совсем не хотелось, но ведь надо было довести дело до конца.

Хорошо отдохнувший, бодрый и румяный, я зашёл в кабинет.

– О, какой богатырь! – улыбалась медсестра, подготавливая всё к процедуре. – Крови не боишься, юноша?

Я снисходительно улыбнулся, как это делали настоящие мужчины в кино, выдержал паузу и запел соловьём сестре с докторшей, что-то строчившей в моей карте. Пел о том, что я вообще ничего не боюсь, и как в известном стихотворении, если надо – уколюсь.

Под эти залихватские трели сестра воткнула в мою руку иглу, через которую по трубочке потекла кровь. Мне вдруг стало как-то нехорошо, трели смолкли. С каждой секундой становилось всё хуже и хуже, меня сильно мутило. Картинка перед глазами сначала ушла в расфокус, потом резко повернулась на бок и исчезла совсем.

Так вот он какой, этот нашатырь!..

Какая гадость!

Чувствовал я себя прескверно, большущим колоколом гудела голова.