Хубара. Сирийский дневник. Ливанская война

Николай рассмеялся в ответ:

– На сэндвичах, только на овощных сэндвичах, можешь выжить! Общественного питания в этой стране нет! Если есть деньги, можешь питаться в престижных ресторанах, но то, что там подают, русский человек есть не будет. Будешь готовить сам, если умеешь? Симонов сказал, что может классно жарить картошку и яйца, на этом все его познания в этом деле заканчиваются. Жанна, в свою очередь, выразила желание посмотреть на жену Симонова, вырастившая такого, неприспособленного к самостоятельной жизни мальчика.

– Поначалу, умереть голодной смертью не дам, не из жалости. Просто не могу слышать, как стонут от голода по ночам. Будешь учиться, будешь готовить, и через силу есть то, что сам приготовил! Плакать, и есть!

И действительно, первое время, она кормила Симонова. Он отдавал на питание деньги, по выходным, она брала его с собой на рынок, помогала выбирать продукты. Методом проб, и ошибок, учила его готовить нехитрые блюда. И впоследствии, он не дурно в этом преуспел.

После обеда, по совету Николая, Володя обрядился в свою светло-коричневую тройку и отправился представляться. Он постучался в указанную дверь. Ему открыла женщина, в синем переднике и, показав на дверь комнаты, сообщила, что Анатолий Дмитриевич его ждёт в кабинете. Спросив разрешения, Симонов вошёл в кабинет, и увидел стоящего у окна генерал-майора Сударева, бывшего командира учебной дивизии. Да, мир тесен! Генерал, сначала, его не узнал. Выслушав доклад, внимательно посмотрел на Володю, как будто что-то припоминая, и спросил:

– Мы могли где-то раньше встречаться?

– Так точно, в Сибири, товарищ генерал-майор.

Я был заместителем командира учебного танкового полка.

– Но там, по-моему, начальник штаба был с усами?

Дело в том, что ещё находясь в отпуске, от вынужденного безделья. Симонов отрастил гусарские усики. Которые ему, никогда не носившему усы, мешали и требовали большого ухода.

– У меня в Сибири не было усов, товарищ генерал.

– Сбрить! – безапелляционно изрёк генерал – Немедленно сбрить!

Симонов не стал возражать, тем более, он и сам подумывал об этом.

После столь тёплой встречи, Анатолий Дмитриевич расспросил Симонова о делах в своей бывшей дивизии. О новых командирах и начальниках. Симонов, как мог, рассказал то, что по его мнению, представляло интерес для генерала. Но оказалось, что Сударева больше интересовали не служебные дела, а новые взаимоотношения между руководителями разных рангов.