Отступать дальше некуда. Это книга о ленинградском поэте Юрии Борисове

Такое бескорыстие, такая доброта, такая беззлобность в душе реального сумрачного человека Борисова!

Я тоску под осенним дождем

Промочил и снегами забросил,

И с тех пор мы мучительно ждем,

Долго ждем, когда кончится осень.

Свою ненависть отдал врагу,

Сад украсил я нежностью легкой,

А печаль в деревянном гробу

Опустил под «аминь» на веревках.

Всё то, что мешает свободному восприятию и пониманию отношения природы и человека, он отметает напрочь: «Я тоску под осенним дождем Промочил и снегами забросил», «свою ненависть отдал врагу», «а печаль в деревянном гробу опустил под „аминь“ на верёвках».

Моя жизнь, словно краски холста, —

Для того, чтобы все могли видеть.

Оттого, моя правда чиста:

Никого не забыть, не обидеть.

И жизнь его становится похожей на яркие «краски холста», чтобы их «все могли видеть», а смысл чистой правды заключается в том, чтобы «никого не забыть, не обидеть».

Мое счастье в зелёном пруду

Позапуталось в тине замшелой.

Я к пруду непременно приду

И нырну за ним с камнем на шее.

И всё же его мечты останутся мечтами, как и «счастье в зелёном пруду», позапутавшееся «в тине замшелой».

Результат всего этого – полное растворение автора в природе. Он и к пруду идёт не любоваться, а навсегда, «с камнем на шее», нырнуть за своим счастьем.

Интересно, что в стихотворении, там, где автор выступает только от себя, стихи звучат оптимистически, а где звучат множественные нотки, они выражают прямо противоположное настроение.

Всё стихотворение воспринимается как гимн природе, светлой и полнокровной. Этого автор добивается яркими метафорическими образами, которые поражают своим количеством и оригинальностью. Вот некоторые из них: «По заснеженной царственной сини», «Моя радость под солнцем росой Засверкает в нехоженых травах», «Теплым вечером млеет заря», «Я тоску под осенним дождем промочил и снегами забросил», «Сад украсил я нежностью легкой», «Моя жизнь, словно краски холста», «Моё счастье в зеленом пруду позапуталось в тине замшелой».

Такой видит автор свою Россию, по которой разбросал он себя и свои поэтические образы, полные внутренней красоты, чуткой и трогательной силы и духа петербургской поэзии.

Это несомненно очень талантливое стихотворение, от которого на душе становится легко и проникновенно.

Весь пафос внутренней жизни Борисова – интимное таинство границ между двумя мирами – воображаемым и реальным.