Воронья душа. Том 2

 – Мы встретились, когда нам обоим было по восемнадцать. Она пряталась на самых темных улицах города, но я нашел ее и забрал в свой дом. Мы любили друг друга. Были любовниками…

«Так я и знала!» – понимающе улыбнулась я.

– … но через два года отношений я потерял к ней романтические чувства, и она стала мне скорее сестрой, чем возлюбленной. Но она не приняла моего решения и ужасно разозлилась… Уничтожила с половину артефактов, что были в моем доме… – Эванс тяжело вздохнул. – А потом она сбежала, и я не видел ее до того самого момента, как она так неожиданно появилась перед нашими глазами…

– Да вы, Эванс Валлас, полны сюрпризов, – невольно улыбнулась я.

 – Теперь мне ясно, почему она была так груба со мной. Она ревнует тебя.

– И напрасно. Ты, Сильвия, безумно красива и мила, но я не питаю к тебе романтических чувств.

– Это приятно слышать, – с облегчением в душе, сказала я. – Думаю, будь по-другому, этот квест стал бы невыносимым для нас обоих…

– Эй вы, в камере! – вдруг перебил нас громкий строгий окрик, и, машинально повернув головы, мы увидели подскочившего к нашей стеклянной тюрьме, дюжего тюремщика.

Рядом с ним, к нашему великом удивлению, стоял огромный золотогривый лев. – Король приказал доставить вас к нему. Только никаких шуток! Буду бить без предупреждения!

– Кажется, на этом наш разговор окончен, – вздохнув, сказал Эванс и поднялся на ноги. – Мой братец соизволил послать за нами.

– У твоего брата не язык, а жало, – бросила я, тоже поднимаясь.

– Здравствуй, Кунген, – сказал Эванс и кивнул льву.

 – Давно не виделись.

– Здравствуй, Эванс Валлас, – красивым мелодичным голосом ответил лев. – Честно говоря, я надеялся, что больше не увижу тебя.

– Правду сказать, я тоже на это надеялся, – улыбнулся Эванс.

«Должно быть, это фамильяр короля! Я уже видела этого льва! На королевских флагах!» – догадалась я и с любопытством уставилась на этого великолепного фамильяра.

– Веди их, Вис, – приказал лев тюремщику, а затем вновь обратился к нам.

 – Не пытайтесь сбежать, иначе, боюсь, мне придется вас покусать.

Последняя фраза льва заставила меня улыбнуться.

Какой милый зверь… Так заботиться о нас, своих пленниках!

Тюремщик без промедлений открыл стеклянную дверь, я и Эвансом вышли в широкий, чистый светлый коридор, и, во главе со львом, мы цепочкой пошли вперед. Нас окружали стеклянные камеры, и каждая камера была кем-то занята: это были и мужчины, и женщины, и старые, и молодые.