Птица обрела крылья

– К черту этих надутых куриц и индюков! Ты же знаешь, что я желаю тебя каждой клеткой своего тела! – напористо прошептал Джереми, коснувшись губами щеки своей прекрасной молодой супруги. – И, любовь моя, когда этот проклятый бал подойдет к концу, я не позволю тебе заснуть прежде, чем подарю тебе свои ласки.

– Джереми, дорогой, обещаю, что так и будет, – терпеливо ответила Вивиан. – Но в данный момент мы являемся хозяевами дома, в котором устроен пышный бал, и нам необходимо развлекать гостей, желаем мы того, или нет.

– Ты просто неотразима, любовь моя. Ни одна женщина не сравнится с тобой ни в красоте, ни в грации. Но ты права, и я оставлю свои желания на потом, – хищно улыбнувшись, согласился Джереми. Его глаза следили за каждой эмоцией на лице супруги, за каждым ее движением. Ему необходимо было знать, что она принадлежит ему одному и думает о нем одном. Он любил ее. Горячо и неистово. Вивиан стала центром его Вселенной.

Вместо ответа Вивиан нежно провела по щеке Джереми и заглянула в его глаза, словно подтверждая, что именно он является хозяином и ее сердца, и ее тела.

«Мое тело принадлежит тебе, но ты никогда не будешь командовать ни моим сердцем, ни моей душой» – сладко улыбнувшись супругу, подумала девушка. Она не испытывала к супругу никаких чувств, кроме благодарности за то, что он снизошел с высоты своей золотой горы к ней и сделал ее своей законной супругой.

Миссис Уингтон. Хозяйка огромного Уингтон-холла, особняка, построенного из светлых камней, больше похожего на один из королевских дворцов, чем на место жительства особ, не обладающих даже самым ничтожным из титулов.

Но кому нужен титул, когда все, что ценит высшее общество Лондона – это деньги? А у Уингтонов денег было хоть отбавляй. Именно поэтому в этот вечер те, кто носил титулы, с улыбками зависти к новому положению бывшей бесприданницы и восхищения ее красотой и величественностью, приехали в этот особняк, чтобы пить дорогие вина и шампанское, есть дорогую еду и десерты, танцевать и сплетничать.

– А хваткая девочка, эта мисс Коуэлл! – стоя в углу бального зала, с бокалом шампанского в руках, шептала на ухо подруге одна из матерей юных дебютанток этого года. – Говорят, ее тетя не дала за ней ни цента приданого! Леди Крэнфорд так поспешно покинула Лондон… Не по этой ли причине?

– Беатрис – достойная женщина. Уверена, не помоги она племяннице с приданым, мистер Уингтон никогда не женился бы на ней.