Двое для трагедии

Моя рука машинально тянулась к телефону, чтобы позвонить Вайпер, но я вовремя сдерживал себя: я позвоню ей, если она не появиться в библиотеке. Звонить сейчас было бы актом отчаяния, а показывать Вайпер свое отчаяние я не желал.

А если она не придет?

И как только смертные живут с этими чувствами? С постоянной тревогой и волнением, страхом, нетерпением? Как они терпят все это? И почему я стал чувствовать то же самое?

У меня мелькнула мысль сожаления о том времени, когда я был свободен, когда в моей жизни не было этой странной девушки Вайпер, когда я не знал всех этих ужасных чувств, когда я жил в свое удовольствие, без всяких тревог.

Но моя тревога улетучилась, когда я, наконец-то, увидел Вайпер.

Сначала я испытал облегченье, но затем – гнев.

***

– Вайпер, наконец-то! Где ты пропадала? Я даже не знала, что говорить преподам! – Юлия поцеловала меня в щеку. – Я сказала, что тебе плохо. О, ты и правда ужасно выглядишь!

Я попыталась улыбнуться.

– Да, я знаю! Мне не везет с самого утра! Проспала, а потом еще ключи не могла найти! Ну, вот, хотя бы на две пары приехала, – весело ответила я ей.

Действительно, под утро я заснула, и так крепко, что не услышала, как звонит будильник. Проснувшись в девять часов, я с ужасом посмотрела на часы и стала быстро собираться, роняя вещи и натыкаясь на мебель. А когда я была готова, то вдруг обнаружила, что не могу найти ключи! Я искала их целых полчаса, перерыла всю квартиру, оставила кавардак и, в конце концов, поняла, что держу эти злополучные ключи в руке.

– У меня сегодня не день, а сплошной сумбур! – пошутила я, пытаясь перевести эту ситуацию в шутку.

Лицо Юлии было кислым. Оно всегда было таким, когда она была чем-то недовольна.

– Что с тобой? – с участием спросила я. – У тебя что-то случилось?

– Да нет, все нормально, просто утром я наткнулась на Седрика, и он наговорил мне кучу гадостей, – грустно ответила Юлия.

Я была удивлена: Седрик нахамил Юлии?

– Но почему? – спросила я, пытаясь разобраться, так как знала, что моя подруга любит преувеличивать размер трагедии.

– Не знаю! Он будто с цепи сорвался, – отмахнулась она.

– Странно… – пробормотала я.

– Что тут странного? Нахал твой Седрик! – Злобно посмотрев на меня, раздраженно выпалила Юлия.