Сахар на дне чашки. Повесть, рассказы

– Профессия!

– Хм. Путешественница.

– Ага, значит, женщина… Одежда?

– Белый сарафан, – засмеялся Денис.

– Танька? – обрадовалась Лана, – Ты Таньку загадал? Танька, слышишь? Ой, а где она?

Пока препирались и играли – не заметили, что Таня исчезла. Скомканный плед валялся на бревне, на тарелке – плевок кетчупа и недоеденный шашлык. Один из Таниных браслетов накинут на полупустую вторую бутылку.

Заорали: «Таня!! Та-аня!! Ты где?!». Денис кричал громче всех, Лизка побледнела, вот-вот разрыдается: «И как это мы не заметили?» Лана побежала к воде, посмотрела по сторонам – не гуляет ли Таня по берегу.

– Ну не пошла же она купаться? – сказал он, – Ломакина!!! Быстро вернулась, или я тебе руки вырву!

В тот раз Таня ушла недалеко. Она пошла за новыми ветками для костра и прогуляться по лесу. Услышав грозный рев Михаила, вернулась. «Ну да, надо было предупредить… Извините…».

– Я за тобой буду следить, именинница, сядь рядом, – велел Денис вроде бы весело, в шутку. Но посмотрел на Таню таким долгим, настойчивым, чуть растерянным взглядом, что можно было подумать, что Денис встревожился.

– Если Танька с Диней сидит, то я буду сидеть с Ми-ишенькой, – решила Лиза и плюхнулась рядом, – Согрей меня.

Поскольку Миша и не думал никого греть, Лиза сама прислонилась плечом к его плечу, убедилась, что он не дергается, и разрумянилась, умиротворенная близостью.

Лана, оставшись без пары, уселась на центральное бревно.

– А я тут научилась сережки вязаные делать, – сказала она, – И брошки тоже.

– Мастерица, – лениво отозвался Денис.

– Хэндмэйд идейно вообще не мое, но куда-то же надо девать свои полезные навыки, – продолжала Лана, – Раз научили вязать – надо вязать.

– Бедняга, бедняженька, – не без иронии посочувствовала Таня; она помнила все до одной Ланины жалобы на то, с каким убийственным старанием родители воспитываютв ней женское начало.

«Пироги, шитье, длинная коса и мягкий голос, и это все обо мне. Хочется сбрить волосы, напиться и швырнуть косу им в лицо, – мрачно говорила Лана и тут же винилась за грубость, – Хоть они и лапушки, и обычно я их люблю».

– А чего не подарила сережки-то вязаные? – развязничала Таня. Она валялась под боком Дениса.

– Ой, милая, не подумала! – виновато ответила Лана, – За мной сережки, обязательно подарю. Именные!

Поболтали, полежали. Миша сделал несколько кадров и после каждого говорил: «Шит, опять не в фокусе».

– Сними меня, сними меня, – прогундосила Лиза.