Чувствующая

С творогом, как ты любишь, – продолжала мама, пропустив слова Арианы мимо ушей.

– Я тоже люблю с творогом, – заикнулся было папа, но мгновенно капитулировал под грозным взглядом.

– Пойду-ка спать, – широко зевая, сказала Ариана. – Спасибо, мам, все очень вкусно. Не нужно ради меня рано вставать. Днем вместе налепим.

Она поцеловала маму в морщинку между бровей, которая всегда указывала на то, что родительница о чем-то напряженно думает. В этот раз, вероятно, она прикидывала, хватит ли у нее муки на пару десятков, а лучше сотню вареников, чтобы накормить «исхудавшую доченьку».

Ариана быстро разделась и рухнула на кровать. Еле уловимый запах лаванды – мама всегда пользовалась одним и тем же кондиционером – настраивал на спокойствие и расслабление. Едва коснувшись головой подушки, она провалилась в сон.

***

Всю ночь ей снилась всякая ерунда. Она лепила вареники, а папа почему-то относил их в гараж. Потом она бегала по магазинам в поисках Дюшеса для Валентина Алексеевича. А под утро ей приснилась бабушка Уля.

Она смотрела на нее с теплом и сочувствием.

– Пора узнать правду, малышка, – произнесла она.

Ариана попыталась прикоснуться к ней, но руку всего лишь обдал теплый воздух. Бабушка покачала головой, и ее призрачный силуэт начал истончаться.

«Я люблю тебя, моя ласточка», – донесся до нее нежный шепот, и Ариана проснулась.

Она села на кровати, обхватив руками колени. Как несправедливо, что они с бабушкой не успели по-настоящему узнать друг друга! В рассказах мамы она представала весьма неординарной личностью: волевой, но очень доброй и неизменно преданной своей семье.

Часы показывали шесть утра. Ариана попыталась заснуть снова, но через полчаса безуспешных попыток сдалась и пошла в душ прогонять остатки сна бодрящим грейпфрутовым гелем. Спустившись вниз, она улыбнулась, увидев на столе пакет с мукой. Мама неисправима.

Наскоро соорудив бутерброд с сыром, Ариана села в гостиной перед большим, практически панорамным окном. От вчерашней слякоти не осталось и следа.

Ночью бушевала метель, и весь двор завалило снегом. Ветки яблонь и груш сгибались под его тяжестью, а кусты крыжовника и вовсе скрылись под плотным снежным покровом. Зимняя сказка выглядела чудесно, но мысль о том, что нужно помогать папе расчищать дорожки, сводила все восхищение на нет.

– Ты чего рано встала?

От неожиданности Ариана чуть не выронила из рук тарелку:

– Мама, нельзя так подкрадываться!

– И аппетит перебила, гляжу.