Про злодея

Жатва жертву найдет кровавую

среди тех, кто ее обрек, —

так дракон обратится карою,

всяк предавший пятном золы.

Ночь, горящая в жарком пламени,

ярче станет любой зари.

Вы же поняли это загодя,

чуя в ней этот злой задор,

когда к зверю невеста первая

протянула свою ладонь,

не боясь ни огня, ни пасти, ни

гнева острых его клыков.

Сами видели, как чудовище

к ней всему вопреки влекло.

Так чего теперь горько плакаться,

что нарушился ваш обряд?

В темной ночи глаза драконии,

словно угли в костре, горят,

и стоит в серебре и золоте

дева возле его плеча.

Та, что прежде была лишь откупом,

теперь здесь его назначать.

Убивший монстра

Другие слагают победе песни,

а сам герой хмурый, молчит да пьет

и все вспоминает, каким красивым

был зверь в небесах. И его полет

навечно остался перед глазами,

в ушах скрип жестоких широких крыл.

Он пьет, чтоб забыться, не помогает,

ресницы, как прежде, от слез мокры.

За эту победу обрел он славу,

осыпан был милостью короля,

но, если опять тот попросит подвиг,

герой не отважится повторять.

И дело не в силе или отваге,

не в храбрости, ловкости удалой.

Он помнит, как нежно ложился ветер

под зверя чешуйчатое крыло,

как рев сотрясал, словно гром, долину,

как бил гибкий хвост по камням, дробя.

Каким было страшным и совершенным

жестокое чудо его огня.

А он не герой, просто злую правду

никто не узнает, чтоб объявить.

О том, как по локоть засунув руки

в грудь зверя, испачкавшийся в крови,

стоял он, и кровь была теплой-теплой,

бок зверя ходил ходуном, дрожа,

и бились в мозгу слова, что героям

пристало чудовищ уничтожать.

И нужно лишь сжать ком горячий в пальцах,

прочесть смерть по желтым глазам чужим…

И, с монстром покончив, понять внезапно,

что монстра убивший вдруг сам стал им.

Монстр

Победитель дракона сам становится драконом.

Победил двух драконов, третьего не сумел.

Превратиться не смог ни разу, как предрекали,

мол, дракона срази, проклятье его регалий

перейдет на тебя, явился раз, глуп и смел.

Я специально сдирал доспехи и голым шел,

не боясь, без меча кидался, как волк, на зверя.

Я хотел победить, желая, не лицемерил,

только что-то не так, быть может, с моей душой,

раз проклятье меня обходит за разом раз

и драконья душа вселяться в меня не хочет.