Третья половина жизни

Был такой учёный Неверов, он предсказал Талнах. Он же предположил, что Имангда может быть продолжением Талнаха. Мне говорили, он очень интересовался Имангдой, даже приезжал сюда. Если здесь нет руды, то геология как наука ничего не стоит. А я ничего не стою как геолог. Это во-первых. А во-вторых, документы всё равно должны быть. Завтра на многие вопросы я смогу ответить точнее. Вернее, уже сегодня.

– Ты снова – туда? Но ведь из фондов ещё не ответили на твой последний запрос.

– Да я заранее могу сказать, что будет в радиограмме.

– Нет. Прогуляешься с Задонским… Хороший ты парень, Игорь Хазанов. Смелый, сильный, решительный. И вроде бы даже умный. Правда, не Грегори Пек…

– Ну, ты тоже не Софи Лорен.

– Когда наши девчонки узнали, что мне отсюда пришёл вызов, чуть не поумирали от зависти.

– Я рад, что тебе нравится твоя преддипломная практика.

– Разве я сказала, что она мне нравится?.. Не трогай меня.

– Не нравится? Что?

– Ты, милый.

– Ну и логика у тебя! Может, объяснишь, в чём дело?

– Сейчас объясню. Так у тебя, говоришь, было много женщин?

– Не помню, чтобы ты меня об этом спрашивала.

– Теперь спрашиваю.

– На этот вопрос всегда отвечают одинаково. У меня было много женщин, но люблю я только тебя.

– Ах-ах!.. Так вот, хочешь знать, что я думаю по этому поводу?

– Интересно.

– Я думаю, что у тебя было гораздо меньше женщин, чем тебе этого хотелось бы. И чем ты стараешься это показать.

– Так. Подумал. Можно спросить, как ты пришла к этому выводу?

– Это же так просто! Посмотри на себя – победитель! Какие уж разговоры о делах, в такую-то ночь!.. Пойду, а то поссоримся. Спокойной ночи. Желаю тебе приятно встретить тот дивный момент, когда высунется первый луч солнца.

– Подожди. Я не хотел тебя обидеть.

– Ещё бы хотел, только этого и не хватало!

– Не уходи. Ты права. Знаешь, у меня в самом деле плохо всегда получалось. С женщинами. Ты первая, когда мне не хочется тут же сбежать и вымарать телефон так, чтобы не разобрать. Я часто мечтал, чтобы так – свободно, гордо… Так, как пришла ко мне ты. Ты права, донжуан из меня никудышний. С каких пор это стало пороком?

– Это достоинство.