Третья половина жизни

Неужели я спутал? Не должно бы. У нас, кто всю жизнь при рации, слух острый. И спутать, стенки кто простукивает или это дом от старости… А ну-ка, попробовать.

– Тише! Разбудите всех.

– Что вы, тут хоть из пушки… Ишь ты, и вправду! Эй, малый, ты чего выскочил?

– Ёжики. Тут где-то. Андрей Палыч, посветите.

– Какие ёжики, Задонский? О чём вы?

– Ёжики, точно, чего вы смеётесь? Я знаю, у нас дома двое жили. Чуть ночь, так и пошли стукотить по избе. Это они мышей ловят. Нужно в ящик посадить, а то в спальник залезут, ну их!

– Совсем обалдел малый спросонок! Ветер это.

В здешних местах только люди да клопы выживают. Зимой морозы под пятьдесят, откуда ёжикам взяться?

– Вы уж, Мартыныч, не знаю за кого меня держите! Думаете, мне не обидно? Ветер! Ветра-то третий день нету. Сами говорили, после циклона всегда затишье. Не так, что ли?

– Было, говорил.

– Это мы здесь стучали. Случайно. Идите спать, Задонский, у вас с Хазановым завтра трудный маршрут.

– Опять небось на ту буровую? У, холера, вся это геология, связался я с вами! И тянет его туда, и тянет, будто ближе буровых мало!.

. Мартыныч, возьму тушёнки жестяночку, а? Организм требует. Не полопаешь, не потопаешь. А топать туда, вон Андрей Палыч сам знает, не даст соврать – двадцать три кэмэ в один конец!

– Возьми, что ж с тобой сделаешь… Ёжики – приснится же такое! Вот за что я Север люблю, никакой гадости здесь не водится. Ни змей, ни скорпионов там всяких… Андрей Павлович, а парень-то верное наблюдение сделал.

– О Хазанове? Не удивительно, что его туда тянет. Обнаружить в таких местах бесхозную буровую, не каждый день такое бывает. Это всё равно что в городе найти сто рублей. Даже двести.

– Верно, двести рублей редко находят.

– Их редко теряют.

– И это верно. Только я про другое. Ветра-то в самом деле нету. И вчера не было… А?.. Ладно, прямо спрошу. Чего вы ищите, Андрей Павлович?

– То, чего не терял. Как и все геологи. Как обычно оформляется техническая документация на буровые работы?

– Ну, журналы у них там.

Смену сдал, смену принял. Сколько метров пробурили, какие породы. Вам лучше знать, вы же учёный.

– Учёный я не этому. Гидрогеохимия и разведочное бурение – разные вещи. Эти журналы что, толстые, тонкие?

– Да изрядные, как хорошая книга. Штуки по три на каждую буровую. Когда работы здесь закругляли, у Шубина целая библиотека собралась… Так вы, Андрей Павлович, не геолог? Как же вы здесь оказались?

– Да как и вы, случайно.