Свадьба на мою голову!

Перед переездом двора Бекрет обещал ему взбучку.

– Хорошо. У Бекрета нет закрепленных покоев, отселим в свободные, – кивнула экономка и повела карандашом по плану. – Вот, отличные, тут рядом будет семейство Бассет, у них младшая дочь в брачный возраст вошла. Девочка и умная, и на лицо пригожая, может и забудет лорд свою неудачную любовь.

– Так вы еще и подпольные свахи, – рассмеялась я, Льюис улыбнулся, а от его улыбки засияла мисс Фоссет. – Слушай, все-таки ты ей нравишься, – от этих моих слов мужчина поперхнулся.

– С вами все в порядке, сэр Клиффорд? Маркус, налей воды, пожалуйста.

– Да, мисс Фоссет. – ответил Льюис, взял стакан и отпил. – Спасибо.

– Вроде со всеми разобрались, спасибо, что уделили мне время, сэр.

– Я всегда рад вам помочь, мисс. Вы же знаете, что можете ко мне обратиться в любое время дня и ночи. Маркус вас проводит.

– Думаете, я заблужусь в коридорах? – засмеялась экономка.

– Нет, но как минимум до лестницы, ему все равно еще посуду вернуть на кухню нужно.

– Да, сэр, конечно.

– Жду тебя утром, с завтраком, как обычно, – сказал Льюис пажу, и, наконец, мы остались одни.

Глава 8

Клиффорд закрыл дверь спальни и почти дрожащими руками развернул свиток. Складывалось такое ощущение, что ему передались мои эмоции. А меня распирало от желания увидеть, что там написано, надежды, что мы обнаружим мое спасение, и страха, что это снова не то, снова пустой билет. И еще я переживала, что раз название на латыни, то и весь документ будет на ней.

И какое же было облегчение, когда я увидела текст на камбрийском.

– Я, урожденный Ричард Йоркский, почивший в возрасте десяти лет в заключении со старшим братом и посмертно ставший Этейем Саррей шести лет от роду, – прочитал Льюис. – Этей Саррей? Он был советником дедушки нашего короля. Умный, начитанный, очень способный маг. Неужели он был таким же, как ты?

– Не знаю, но его фамилия в моем мире означает принадлежность к королевскому роду одной из знаковых держав. Читай дальше.

– С возрастом то, что случилось со мной, казалось страшным сном или бредом, но разговор с отцом на его смертном одре раскрыл мне глаза.

Те два мальчика умирающие в каменном мешке это и правда были я и мой брат. Но в другом мире мой новый отец держал на руках своего отравленного сына. Мальчик выпил из кубка, предназначенного ему. Чар прибыл слишком поздно, душа уже отлетала, когда вылечили тело. Маг предложил отцу единственно возможный вариант, обряд «неприкаянная душа».