Свадьба на мою голову!

– Нет, конечно, сэр Клиффорд, я прекрасно понимаю, что это траты, которых невозможно избежать… Но как хотелось бы.

– Не забывайте, сэр Фаулер, после возвращения король должен объявить о помолвке и назначить дату свадьбы. Как вы понимаете, придется потратиться еще больше. Хорошего дня, – Льюис с улыбкой покинул кабинет казначея.

– Да ты жестокий, – от души смеялась я. – Его ж Кондратий хватит.

– Кто его схватит?

– Тоже выражение, – икнула от смеха я. – Означает чью-то неожиданную кончину.

Достаточно быстро мы добрались через хитросплетения коридоров до кухни и торжественно вручили повару смету, за что он тут же всучил пирожок с малиной, шепнув, что только что испекли.

– Не соврал, свежий, – наслаждалась я вкусом, пока Льюис дул на обожженные сдобой пальцы. – И вкусный.

– Чувствую себя мальчишкой, что украл выпечку на кухне и спрятался в кустах, чтобы ее съесть.

– Во-первых, мы не сперли, нам подарили, а во-вторых, не в кустах, а в очаровательной беседке, откуда замечательный вид.

– Знаешь, сейчас я жалею, что так и не женился, и у меня нет такой замечательной дочки или внучки, как ты. Всего два дня, как мы вместе, а я чувствую себя моложе лет на десять.

– Я бы не отказалась от такого дедушки, но пока я – паразитка, – вздохнула я, смотря, как к нам бежит Маркус.

– Сэр Клиффорд, мисс Фоссет просила передать, что после обеда никак не получится к вам подойти, ей пришло сообщение, что привезут ткань для новых штор и постельного белья.

– Странно, вроде недавно все меняли, – задумался Льюис.

– Да сэр, но это для покоев будущей королевы.

– Опасно делать такие запасы, когда мы еще даже не знаем, кто именно ей станет, с другой стороны, девушка сначала будет в роли невесты, и по правилам она не сможет ничего менять, а обстановка в женских покоях устарела. Хорошо. Скажи ей, чтобы пришла вечером, как освободится, но не позже восьми.

– Хорошо, кого-то нужно к вам пригласить?

– Нет, Маркус, пообедаешь со мной.

– Спасибо, сэр! – у мальчишки загорелись глаза и, унесся в замок он так быстро, что только пятки сверкали.

– Хороший мальчик, – я смотрела ему вслед, вернее, смотрел Льюис и я вместе с ним.

– Да, он из обедневших дворян, дальних родственников моей матери, рано стал сиротой.