Москаль

А вот это, – Дир Сергеевич достал тысячную банкноту и медленно, демонстрационно разорвал ее на глазах у покрасневшего юноши на многочисленные кусочки, – это был ваш «чай»!

Когда экзекуция закончилась, пояснил смысл своей выходки, мстительно глядя в удаляющуюся спину униженного подавальщика.

– Юные халдеи реагируют только на такую науку. Куда-то пропадает весь их пофигизм. – Все же ему было слегка неуютно под внимательным, спокойным взглядом начальника службы безопасности. Он счел нужным добавить еще несколько слов.

– Вы думаете, что я не понимаю, что это было поведение нувориша. Просто я еще не освоился со своей новой ролью главы большой фирмы. Старые привычки. Отвыкнем.

Майор стал смотреть себе в чашку, показывая, что он не считает нужным поддерживать разговор на халдейскую тему. Дир Сергеевич снова подергал бородку.

– Ну что. Вы уже что-то придумали, Александр Иванович, есть у вас знакомые моджахеды? Или вы думаете отказаться из соображений ложной человечности.

– Я думаю.

7

Она позвонила глубокой ночью, она не была бы Тамарой, если бы удосужилась подсчитать, какая разница между Восточным побережьем и Москвой.

– В чем дело Тома? – устало спросил Елагин. Даже перенесясь на другую сторону земного шара бывшая супруга оставалась поблизости, как раз на таком психологическом расстоянии, чтобы регулярно доставлять неприятности.

– Мне нужно с тобой поговорить, – шепотом произнесла она, как будто у них там, в Америке, тоже была ночь и она боялась кого-нибудь разбудить.

– Уже говорим.

Плаксиво вздохнула.

– Я не знаю, что мне делать.

– Не делай ничего.

– Джоан приехала…

– Я знаю, Тома.

– Это ее дом.

– И это я знаю.

Еще один обиженный всхлип.

– Дом, конечно, большой, но ты меня пойми, теперь здесь совсем нет места.

Елагин помотал головой, которая никак не настраивалась на движение заокеанской мысли.

– Я не понимаю. Что значит – нет места?

– Саша, она наняла прислугу.

– Ты там все так загадила?

– Что ты такое говоришь! Просто Джоан сказала, что я могу продолжать здесь жить, и даже вместе с Сережей сколько угодно.

– Ну и причем здесь прислуга?

– Ну, как ты не понимаешь! Джоан сказала, что она не может себе позволить, чтобы я за ней прибирала. Я ведь все равно сижу дома и прибираю за Мишей. И готовлю.

Лучше бы ты не готовила, без всякой злости подумал майор.

– Все понятно, дорогая…

– Не говори это слово, мне кажется, его говорят, когда ненавидят.