Мёд жизни

«Во! Он два часа у вас в приемном покое просидел, никто ничего не делал, а теперь, оказывается, и вставать нельзя!»

Наконец каталку вывезли из кабинета.

Она держала его пальто в руках, пакет с обувью. Слёзы всё текли и текли у неё по лицу.

– Не плачь… – Видно было, как тяжело ему говорить.

– Это так… Не обращай внимания… Нервы просто…

Уже был вечер, за окнами темно. Шла рутинная работа – писались бумаги, вызывались в кабинеты пациенты, бестолково толклись родственники.

– Скорей бы лечь…

– Потерпи… Ты ведь лежишь на каталке, всё лучше, чем сидеть.

Пришла женщина-санитарка – высокая, с крашеными в шоколадный цвет волосами, с вишнёвой помадой на губах, с подведёнными чёрным глазами. Ухоженная, внимательная. Махнула рукой:

– Вези сюда.

Она неумело, торопясь, закатила каталку в узкую комнату.

Санитарка наклонилась и громко спросила:

– Вы доверяете этой женщине свои вещи?

– Что?

– Вещи, говорю, ей доверяете? Она вам кто? Вещи либо она заберёт, либо в подвал сдадим.

– Я заберу, заберу, – засуетилась Женя.

– Снимаем всё. Рубашку, брюки, носки (снимите ему носки), часы, трусы.

– Да трусы же зачем? – Он стал слабо сопротивляться.

– Затем, так положено.

– А куда, куда его?

– В палату, – неласково отвечала санитарка.

«В палату? – Она плохо соображала. – Но зачем всё снимают, если в палату?»

– Вы сейчас с нами пойдёте, а вещи соберите. У вас есть пакет?

– Нету.

– Я вам дам. – Видя её отчаяние, санитарка смилостивилась, вынесла ей огромный чёрный чехол – для трупов.

– А что с ним?

– У врача спросите.

Она побежала к ласковой, миловидной терапевтке.

– Извините, я по поводу Рязанцева… Что с ним?

Терапевт смотрела в бумаги. Ответила сухо, совсем нелюбезно, без всякой ласковости:

– Инсульт.

– Инсульт? – Она охнула.

– Да, обширный инсульт, – зло добавила терапевт и отвернулась.

«Она его похоронила», – мелькнуло у Жени.

Санитарка везла его к лифту на каталке, он весь был в кипенно-белой простыне, как в облаке, как на небе.

Неужели Бог заинтересован в том, чтобы мы страдали, умирали, мучились?

«Почему мне так хорошо с тобой?» – много раз спрашивала она его.

«Потому что за нами стоит красота».

Лифт. Очень раздумчивый, с западающими кнопками. Бесполезно его торопить, жать на «закрытие дверей» – он живёт своим ритмом. Больше четырех человек не берёт, независимо от комплекции.