Пути непроглядные

Не задав ни одного вопроса, Рольван узнал, что погода дурная, и если дальше так пойдет, урожая хорошего нечего и ждать. Что приплод у овец и у коров в этом году на удивление здоровый, грех жаловаться, да и зима, если верить приметам, будет теплой. С другой стороны, приметам верить не след: в день святого Калиаса было морозно, а это, как все знают, к сухому лету, и что мы видим? И трех дней подряд без дождя не обошлось. Что приметы нынче ошибаются, это не к добру. Благородные господа, конечно, знают, что приметы верны всегда, кроме темных времен; а что нынешние как раз темные, то это самая что ни на есть истинная правда…

Он замолчал и осенил себя божественным знаком.

– Вот-вот, как раз об этом-то мы бы и послушали. Расскажи нам про темные времена.

– И вправду, добрый хозяин, – поддержал Рольван, – поведай нам о ваших бедах.

Эти слова прозвучали неожиданно громко в притихшей комнате. Даже волынщик отложил инструмент и уставился на Рольвана.

– А вы, благородные господа, видно, издалека, раз ничего не знаете, – заметил хозяин.

– Мы в самом деле издалека, – ответил Рольван, краем глаза наблюдая, как руки селян тянутся к поясам, к рукоятям длинных ножей.

Торис нахмурился и схватился за меч. Рольван под столом наступил ему на ногу. Гигант нехотя положил ладони на стол.

– Вижу, вас тревожит какая-то опасность. Расскажите, чтобы и мы были начеку.

Пока хозяин думал над ответом, раздалось громкое:

– Ну, хватит уже!

Человек, что поднялся из-за стола, ростом почти не уступал Торису и явно любил подраться.

– Ишь, выспрашивают, что да как, а сами-то небось холоднее мертвого! – прорычал он, перебираясь через скамью.

Его приятели мигом вскочили и бросились к гостям.

Все случилось одновременно: полетел, выбрасывая золотую струю, на пол смахнутый со стола кувшин, Торис вскочил и наполовину вытащил меч, Рольван перехватил его руку и буквально повис на ней, а хозяин таверны решительно загородил смутьянам дорогу.

Твилл вставать не стал, но вытащил нож и поднял его так, чтобы видели все.

– А ну-ка, садись обратно! – велел хозяин. – Не в моем доме, Марх!

– Уймись, Торис, их слишком много! – прошипел за его спиной Рольван.

– Много?! – взревел Торис, но Рольван зажал ему рот ладонью и насильно усадил на скамью.

Драчун Марх тем временем остановился, удивленный отпором.

– Ты чего это, Рин? – вопросил он.