Позови меня, Ветлуга

Мать – в секретариате облисполкома: каждый день до десяти вечера на службе, раз в неделю – театр: наденет платье из панбархата с чернобуркой, да бусы на шею повесит.

Родители вроде и понимали, что так жить, как живёт Андрей, неправильно, но поменять ничего не могли и мирились с этим. Отец в принципе считал полезным держать сына в суровости, хотя и брал его регулярно с собой на охоту или на рыбалку. А мама, словно воруя, стесняясь даже своей нежности, усядется рядом с Андреем на диване иной раз и гладит его по головке как маленького.

Школа оказалась далеко, на откосе обрывистого берега Оки. Старенькое двухэтажное здание с печным отоплением. И оказалось, что она не цирковая, а сороковая, физико-математическая – ослышался Андрей! Отступать было поздно: не мог же Андрей сказать друзьям, что вчера спьяну ему совсем другое послышалось. Прошли собеседование и были приняты все трое. Первого сентября в свой новый девятый класс Андрей не попал: уезжал с отцом на охоту. Попал в школу пятого.

– …декремент затухания возрастает по экспоненте.

Учительница остановила отвечавшего и обратилась к Андрею:

– Вы что-то хотели?

– Я – Ворошилов, я в этом классе учиться буду. А с кем это он сейчас разговаривал? – Андрей кивнул на мальчика у доски.

– Он отвечает на вопрос, – и строгая учительница указала рукой. – Проходите, садитесь к окну.

Школа была экспериментальная, некоторые занятия проводились в здании университета и университетскими преподавателями, существовала система коллоквиумов и зачётов, отличникам же разрешалось прогуливать лекции и читать на уроках книжки. Ребята, собранные в школе, были не простые: это были сливки города, причём не только физики и математики, но и спортсмены, и музыканты, и просто лидеры.

Факультативов и групп по интересам оказалось в школе величайшее множество. Не охваченным не оставался никто: радиолюбительство, бионика, решение трудных задач, классическая астрономия, физика элементарных частиц, самодеятельность, КВН, стенгазеты, футбол, бадминтон, регулярно – вечера танцев.

В сороковой школе играли в свару!

Андрей никогда не испытывал трудностей с карманными деньгами, и совсем не потому, что он родился «с серебряной ложкой во рту». Он всегда находил способы их самостоятельно зарабатывать.