Искупление. Миры Лунасгарда II

Атуан, жрец четвертой ступени.

– Четвертой – это высоко?

– Смотря с чем сравнивать, госпожа. Высшая ступень – шестая. На седьмой только Верховный жрец.

– Понятно. Я Тагрия, – жрец ждал, приподняв брови, и ей пришлось закончить: – Баронесса Дилосская. Точнее, была ею. Сейчас я просто Тагрия.

– Мне случалось некогда встречать Мория Дилосского…

– Это мой муж.

– О… примите мое почтение, баронесса. Ваш муж погиб?

– Нет. В Дилоссе тоже заклятие.

– Верно. Но в таком случае, госпожа, вы по-прежнему баронесса Дилосская.

И останетесь ею даже в случае его смерти, пока не вступите в новый брак.

«Чтоб ты провалился! Тебе-то какое дело?»

К счастью, жрецы не умеют слышать мысли, а отвечать Тагрии не пришлось – ушедший ниже по реке Карий применил Силу. Совсем немного, но Тагрия почувствовала, почувствовал жрец и, конечно же, грифон. Все трое посмотрели в ту сторону. Жрец осуждающе поджал губы.

– Не любите магию? – поддела его Тагрия.

– Не люблю оставлять следов, когда поблизости враг.

– Ох, и правда! Но тогда мы здесь уже наследили, хуже некуда!

– Это и беспокоит меня, баронесса.

Карий вернулся от реки с парой упитанных серых уток. Обезглавленные тельца болтались в его руках, будто какие-нибудь казненные преступники, оставляя на траве две кровавые дорожки. Сам принц выглядел так, словно только что решил задачу государственной важности, но тут же оказался перед новой.

– На песке следы когтей, – сказал он.

 – Здесь были грифоны.

– Давно? – спросил жрец.

Карий с сожалением покачал головой.

– Если бы я огляделся прежде, чем пользоваться магией, знал бы. Теперь все перекрыл след моей Силы. Думаю, Тагрия, ты можешь их зажарить, только старайся поменьше дымить. Вам с братом необходимо поесть.

Тагрия без особой радости приняла добычу.

– Нам пора, – сказал Карий. – Тагрия… Мы с Ветром скоро вернемся. Только, прошу тебя, будь осторожна!

– Буду.

Она смотрела в небо, пока грифон не стал чуть заметной черточкой в тонких перистых облаках.

Потом в глазах все расплылось, задрожало: «Он опять меня бросил!» Тяжелые утки, которых, между прочим, еще придется ощипывать, оттягивали руки. Где-то поблизости строили свои жуткие планы маги, а рядом в избушке спал здоровым сном спасенный Бетаран.

Тагрия бросила на землю уток, вытерла слезы грязным рукавом и отправилась к брату. Спать.

Глава 6.