Человек с барахолки (сборник)

А я хоть и не шибко грамотный, а сразу смекнул, как он Веру Тихоновну на тот свет отправил…

– Это и есть твоя тайна? – надевая на покойника голубую сорочку, спросил Фомичев. Рубашка не налезала, потому что труп на жаре разнесло, и Паша-Нога хотел подлезть со скальпелем:

– Разрежь со спины! Все равно не видно будет!

– Не суйся! Так оденем. Забыл, как в прошлом году мужики на кладбище гроб уронили? Покойник на земле голой задницей сияет, а эта пьянь, разинув рты, вокруг стоит. А все из-за того, что брюки порезали и трусы поленились надеть.

Забрав гроб с покойным, родственники умершего в знак благодарности оставили санитарам литровую бутылку водки «Тройка», и те, не долго думая, решили помянуть клиента. Поминали долго и упорно, до тех пор, пока бутылка не опустела. Паша-Нога обмяк. Присев возле стены на корточки, он закрыл глаза. Толкни пальцем – упадет.

Фомичев еще держался и внешне выглядел трезвым, как огурчик. Но голова уже ничего не соображала. Он ходил по секционному залу, переставлял тележки с мертвыми, дважды подходил к столу с «самоваром», как судмедэксперты назызают обезглавленное, без рук и ног, туловище трупа, и никак не мог врубиться, с чего начинать вскрытие.

За время работы в морге у него уже выработалась определенная последовательность в этом скорбном деле: завернул голову на деревянную подставку и погнали… А если головы нет, то чего пилить? После принятого на грудь спиртного задача была не для его умственных способностей.

Куда приятнее было услышать в глубине патологоанатомического отделения знакомое посвистывание – условный знак, каким его обычно вызывал старый кореш, уважаемый в городе человек Сергей Владимирович Чертков, хорошо известный в криминальных кругах под кличкой Черт.

Но не так уж и страшен Черт, как его малюют. После двух судимостей и восьми лет отсидки Чертков скромно трудился заведующим городским кладбищем. В свои сорок с небольшим сам он от былых разборок и грабежей потихоньку отошел, отдав их на откуп своим подчиненным из так называемой «гробкоманды», в которой бывшие уголовники официально числились копалями.

Он даже в покойницкую никогда не заходил. Терпеть не мог трупного запаха, а Фомичева вызывал условным свистом.

Кличку Черта Сергей Владимирович получил не только из-за своей фамилии – Чертков. Этот бандит был чертом по своим делам. Дьяволом во плоти. Люцифером. Только сатанинская фантазия могла толкнуть его на такой жуткий бизнес, как откапывание гробов и раздевание покойников.