Ракета без туалета

Разворошить всю твою ложь и убогую, нелепую и никому не нужную правду. Сомнения, поступки, за которые тебе стыдно. Поступки, за которые не стыдно – но большинству они покажутся всё равно просто отвратительными.

Я остановился – скрип снега под ногами словно замер вместе со мной, повиснув эхом в привыкших к нему ушах. Она встала рядом, лицом ко мне, на расстоянии вытянутой руки – и все мои «блики», фантомы, лишние мысли растворились в окутавшей нас тишине. Не упали в дальний угол флэш-накопителя, а просто исчезли.

Почти навсегда. Остался только лес, мороз, и красивая девушка передо мной. Загадка, образ, который никогда не вывернется перед тобой калейдоскопом до оскомины подробных картинок даже на одну сотую часть. Мне захотелось обнять её.

– Да, Марин. Дневник – это круто. Его не обязательно часто листать. А потом можно передать его детям. Пусть прочитают, что захотят. Узнают про жизнь мамы то, что она сама захотела рассказать, будучи ребёнком… А то, чему места в нём не нашлось, пусть и пропадает к чертям.

 Да?

Она медленно, задумчиво кивнула, находясь где-то далеко от меня – возможно в детской комнате, может быть – у могилки только что умершей собаки. Или – зловеще нависнув над бабушкиным компотом с коробкой соли. Она отбросила «блик» – и снова вернулась ко мне.

– Да, не всё. – твёрдо сказала она. – Пойдём, что мерзнуть – и она аккуратно расправила воротник из синтетического меха на моих плечах. Так уютно, по-женски тепло. Вместо тысячи «бликов». Да что там вместо тысячи – вместо миллиона.

– А как бы ты хотела назвать своих детей? – не знаю для чего, вдруг спросил я. Она опять посмотрела на меня этим своим взглядом… тем, который я хотел видеть как можно чаще.

– А зачем тебе? Всё-то тебе нужно знать. Ну, если будет мальчик и девочка… тогда…

Мы тронулись дальше по тропинке. Лес вокруг пригнулся, впитывая нас, молча всматриваясь, колдуя, совершая магические пассы над нами своими заснеженными лапами… Запоминая – молча, по своему. Забирая частичку нас и оставляя частичку себя взамен – в памяти, не разложенной на единички и нолики, на схемы, классификации и типы.

Не забивая лишней и никому не нужной информацией бездонный накопитель, расположенный во рту вместо гнилого коренного зуба. Мы просто молча понимали, что все мы – единое целое. Каждый по своему – мы сложно и запутанно, а лес – на своём, древнем бессловесном языке.

И этого было вполне достаточно.

2. Вода

Проблемы со слухом начались у меня довольно давно.