Высота 1045. Пик А. П. Чехова. Третья книга

Объяснять, какой дальше спуск, рассказывая страшилку, что сними, будит вон в том березняке. Бесполезно, одинаково, что пьяному пытаться, что-либо объяснить, не слушают черти окаянные. Экстрималы, вообще народ не послушный, что взрослые, что дети.

Ладно, Тимоха пойдёт другим путём. Он сам экстримал и знает, как бороться с себе подобными! Сбросил рюкзак, Шурик придержал мешок товарища, чтоб не уехал вниз. Матерясь во всё горло, побежал вниз, всех обогнал. Ещё бы не обогнать, как ни как главный экстримал! Опасно бегать, сломя голову по крутому склону покрытому плотным снегом.

Остановился на границе чахлого березового подроста, повернулся лицом, к развлекающимся на склоне. Набрал полную грудь воздуха, при этом сделав зверскую морду. И как заорал, мегафон отдыхает! Заорал, что убьёт их всех, порвёт, порубит, зарежет и прочие и прочие. Морда страшная, слюни летят, ужас! Естественно, тираду состоящею из одних угроз, приправил отборным матом. Как же без этого? Быстрей дойдет до мозгов.

Первой испугалась учительница, от неё передалось детям.

***

– Навязались на нашу голову. Точней на мою голову, – зло бросил парниша, не к кому не обращаясь.

Шурику, всё до лампочки, он заторможенный, видать держится из последних сил. На самом крутом участке, двух мальчишек пришлось ловить. Оступился, споткнулся и понёсся вниз. На последнею встречу, с русской берёзкой. Тимоха пресёк две встречи, два свидания.

На Зубе уселись на перекур. Устал сильно, однако, от нервного напряжения. Устал, наверное, больше чем вчера на этом подъёме. Отряд октябрят, рядом устроился на отдых. Два туриста быстренько покурили, побежали вниз.

Полторы сотни метров и вышли на обходную тропу, по которой идет народ. Через Первый камень, путь режется, почти в два раза. Людей на тропе много. Обгонять тяжело, приходится буксовать в снежной каше. Хоть убей, не могут оторваться от малолетней банды экстрималов! Октябрята как на привязи, бегут по пятам.

Эти октябрята, стали Тимоху нервировать. По чистой тропе оторвались бы мигом, народ не дает разогнаться. Не доходя ельника, свернул на стёжку, прибавил оборотов. Тропинка, уходит вправо, на запад. Здесь обгонять некого, так что можно разогнаться. Оглянулся назад, Шурик сидит на хвосте и больше никого. На душе легче стало.

Минут через десять вышли на место свернутого бивуака. Три пихтовых подушки, значит, стояло три палатки.