Второй сезон моих сочинений

 – Сегодня ви оба нас хорошо кинули. Мы с Мишей думаем, что у вас был сообщник, которому вы отдали коробку кофе. Кофе очень дарагое, ви это знали. Хотели нас обмануть, якобы вас обокрали…

Мы с корешем было начали возражать, что и в мыслях такого не было, что мы сами сидим, очкуем, но Миша повысил голос:

– Молчите! Не надо врат! Значит так, сейчас кто-то из вас едет домой и несёт сюда хотя бы один паспорт. Потом ви атрабатываете у нас это кофе два месяца и идёте ко всэм чертям! Всё ясно?

И тут уже мы стали убеждаться в своих догадках – это их самих работа! Скорее всего, таким образом азера обходятся бесплатными грузчиками и фасовщиками уже который год подряд! Вот, чурбаны! Находят молодых ребят, подставляют их на Апрашке, или ещё где, а потом те работают на них бесплатно месяц-два.

После чего всё повторяется. Мы же, идиоты, добровольно в эту херню влезли!

Я и Саня решили поговорить об этом с бухгалтершей Надей, однако лишь поняли, что надо скорее валить отсюда. Как я уже писал выше, Надя рассказала нам с Сашкой историю про Мишу, что, дескать, какой он крутой и беспощадный мафиози, что даже милиция его боится, и что лучше отработать и не связываться.

Чувырла, она была с чурками заодно!

Когда мы с друганом было собрались уже уйти вдвоём, нас в дверях нагнал Миша, вытащил свой кинжал (настоящая сабля, бля!) и заорал:

– Я же сказаль, кто-то один идёт! Второй сидит здэс до его приезда! Крисы, умеете воровать, умэйте и отвечать! Кто поедет?

Саня вызвался остаться, так как его паспорт находился в это время в паспортном столе – он проходил процедуру оформления каких-то там жилищных документов.

За своим паспортом поехал я.

– Если черэз три часа тебя нэ будэт, я отрежу твоему другу яйцо! – сказал азер Миша и добавил, – А пойдёшь к мэнтам, то отрэжу оба. Мне похрен мэнты! А потом я и тэбя найду! Поняль?

Я, конечно, всё понял. Долго ли запугать молодых, воспитанных в мирных советских семьях, и ещё не знающих чёрной агрессии?!

Обернуться мне удалось быстро, матери моей дома не было, а батя спал пьяный.

Я зашел в комнату, вытащил из секретера свой паспорт и помчал обратно. Если бы хоть кто-то дома спросил меня, зачем мне паспорт, то может быть я и рассказал. Тогда наверняка всё закончилось бы милицией и, скорее всего, яйца никто ни кому бы резать не стал. С другой стороны, времена были страшные.

Когда я приехал на Плеханова, на часах было уже пять вечера – час работы и домой.