Второй сезон моих сочинений

К сожалению, многие закапывают свой талант в землю, ведут пустую жизнь, тем самым теряя её смысл.

УНЫНИЕ

МИНИАТЮРА

Твоё уныние – это бездонная чёрная пропасть, наполненная густым холодным мраком. Этот мрак настолько густ, что по мере погружения в него, тускнеет свет проруби, в которую ты упал. Приложив усилия, из пропасти можно вернуться, если ты погрузился не слишком глубоко и ещё видно, куда плыть. Однако, если свет полностью затянуло мглой – пути назад нет!

Человек, не поддавайся унынию – это смертельно опасно!

БЕСЕДА ГЕРБЕРТА УЭЛЛСА С ЛЕНИНЫМ

МИНИСЦЕНА

«Вместо монстра встретился с философом» (Г.

– Гегбегт, пгостите, а вы в общественном туалете, когда по большому, письку бумажкой пегекладываете, чтобы об ободок стульчака не тёрлась?

– No, no, not at all!

– Напгасно, батенька, напгасно – все микгобы там!

Занавес.

АЛЕКСЕЙ ДОЦЕНТ: поэмы, басни, сказки

ПУТЬ РАСПУТИНА

ПОЭМА

Однажды меня сподвигло к сочинению поэмы на тему жизни самого мистического персонажа русской истории – Григория Распутина.

Подобная судьба постигла и эту поэму – в ней не хватает двух или трёх глав. Однако обстановка в мире на сегодняшний день сильно накалилась, поэтому я решил издать поэму так, как есть, а закончить я произведение смогу и в лучшие времена.

ГЛАВА I: Рождение Григория, его семья и бурная молодость

Ведь и меня враг всячески искушает…

(Г. Е. Распутин)

Под русским Солнцем, на земле Сибирской,

В день января, что был довольно лютен,

Родился пацаненок в семье мирской,

И Гришка был с фамилией Распутин.

Отец – Ефим и мама Гриши – Анна.

Пацан уже был пятым их ребенком.

Семья, хозяйство… Только как ни странно,

Все дети были их на грани тонкой.

За Гришей еще четверо родилось,

Но часто дом сей посещало горе,

Из девяти до юности дожило

Лишь двое: Феодосия, Григорий.

Григорий рос, но бытом был не ладен —

Распутин он и жизнью жил распутной.

Гуляке что ни день, то был отраден,

Был блажи рад пацан сиюминутной.

Он пил, буянил, блуду был не ворог,

Цыганам друг был, ярым конокрадом,

Был бит, гоним, презрен и всем не дорог,

И жизнь его тогда казалась адом.