Сокровища

Они тоже подошли к брату и, опершись на ограду, смотрели на памятник, на котором все надписи были почти стёрты.

Лёшка опёрся плечом о дерево и посмотрел на его ствол.

– Видишь эту зарубку? – показал он Бородину на глубокий старый шрам на его поверхности. В этом месте кора была когда-то давным-давно повреждена, и сквозь неё просматривалась голая чёрная поверхность ствола, обросшая по краям ноздреватым слоем коры. – Это моя маманя сделала, когда хоронила их мать, – он кивнул в сторону братьев.

 – Только по этой метке и нашли они её могилу, а то бы им пришлось приходить туда, – он показал куда-то в сторону.

Бородин посмотрел в ту сторону, куда показал Лёшка, но из-за густой поросли кустов и деревьев ничего там не увидел, но догадался, что Лёшка имел в виду общую могилу захороненных здесь людей, погибших во время блокады Ленинграда.

Братья, молча постояв у оградки, открыли в ней небольшую калитку и принялись прибираться на могиле. Они очистили её от непрошеной зелени, подровняли поверхности и, достав краску, принялись красить оградку.

Лёшке с Бородиным досталась работа по сбору мусора, который они относили к ближайшим мусорным бакам.

Работали все молча и споро, и, покончив с покраской и мусором, братья достали из принесённых сумок снедь и разложили её на небольшом столике возле оградки.

Особенно в глаза Бородину бросилось то, что Юра из своей сумки достал варёную картошку в мундире, чёрный хлеб и солёный огурец.

Серёга с Борисом тоже поставили на стол не разносолы, а тот же хлеб и картошку.

«Наверное, они хотят вспомнить о том времени», – промелькнула мысль у Бородина, поэтому он постарался не выражать никаких эмоций на своём лице.

Лёшка тоже выставил на столик всё, что они прихватили из дома и купили в гастрономе.

Разлив по стаканам содержимое одной из бутылок, Юра поднял стакан.

– Грустно, конечно, Володя, знакомиться в таком месте, – он окинул взглядом окрестности могилы, – но не для этого мы сюда пришли.

Давненько мы здесь все вместе не появлялись. Пусть наша мама посмотрит на нас, какие мы стали, а мы вечно будем помнить её и своим детям и внукам будем о ней рассказывать. Помянем её светлую душу, – он затуманенным взглядом посмотрел на окружающих и молча выпил.

Все так же, молча, последовали его примеру.

Немного помолчав, Юра разлил вторую бутылку.

– Ну а теперь давайте выпьем за нас.