Все хорошо, что хорошо кончается

Король

Флоренция схватилася со Сьеной;

Сражались с равным счастьем; продолжают

Войну упорно.

1-й вельможа

Слухи, государь?

Король

Весьма правдоподобно: подтвержденье

От нашего австрийского кузена

Получено, что Флорентиец нас

О помощи попросит; добрый друг нас

Предупреждает: хочет, очевидно,

Чтоб отказали мы.

1-й вельможа

Любовь и мудрость

Он, государь, доказывал вам часто:

Им можно верить.

Король

Им ответ подсказан:

Флоренции отказ – еще до просьбы.

Но кто принять участье хочет в деле,

В Тоскане – тем сражаться разрешаем

В тех и других войсках.

2-й вельможа

Да, это может

Быть славной школой для дворян, что жаждут

И подвигов и дел.

Король

Кто там идет?

Входят Бертрам, Лафе и Пароль.

1-й вельможа

Бертрам, граф Руссильонский, государь.

Король

Ты, юноша, лицом точь-в-точь отец:

Заботливо и не спеша, природа

Прекрасно создала тебя; так будь же

И духом схож с отцом! Привет в Париже.

Бертрам

Признательность вам приношу с почтеньем.

Король

Хотел бы я телесно быть здоровым,

Как в день, когда с твоим отцом мы дружно

Впервые вышли в бой! В военном деле

Он был искусен: изучил его

Он у храбрейших. Долго он держался,

Но старость-ведьма злобно к нам подкралась

И вывела из строя!.

Мне говорить о нем! В младые годы

Имел он острый ум, что часто видим

И в нашей молодежи. Но их шутки

На них же обращаются самих,

Не смягчены учтивостью придворной;

А в гордости его не замечалось

Презренья, гнева, горечи: в ней мог

Лишь равный пробудить их. Честь его,

Как точные часы, минуту знала,

Когда заговорить; его язык

Тогда повиновался стрелке.

Он видел существа иного ранга,

Но к их рядам склонял свое величье,

Их этим возвышал; хвалой их скромной

Смирял себя. Такого б человека

За образец взять нашей молодежи, –

Тогда б ей стало ясно, что она

Идет назад!

Бертрам

Мессир, хвала такая

Прекраснее, чем на его гробнице:

Та надпись славит его память меньше,

Чем царственная речь.