Несчастливой любви не бывает (сборник)

Светило солнце, но ветер задувал холодный.

«Я простужусь», – подумал он и понял, что не прыгнет.

На фига прыгать ей на радость?

Он слез с подоконника. Двенадцать. Тишина. А всегда пунктуальная была. Не заставляла себя ждать. Это он обычно опаздывал.

Двенадцать ноль одна.

– Да пошла ты! – крикнул он навстречу весне, швырнул телефон в окно и плотно защелкнул раму.

Счастливый и одуревший от свежего ветра человек отдыхал, опираясь на костыли. Краем глаза он заметил летящий на него сверху предмет и поднял навстречу ему руку.

– Ну-ка, посмотрим, что за птица прилетела, – сказал он небу.

И в этот момент телефон зазвонил в его ладони.

– Але, – отозвался он, уверенный, что сейчас сверху прибегут за пропажей.

– Я звоню потому, что не желаю тебе зла. Живи. Только со мной не получится, – сказал голос, который, казалось, он где-то слышал, знал. Может быть, внутри себя?

– Я не он. Я просто поймал этот телефон.

– А вы где? – раздалось из трубки.

– Тут. Под окном, откуда мобильниками кидаются.

– А больше оттуда никто не кинулся?

– Никто и ничто. Вот стою, думаю, как вернуть пропажу.

– А вы не могли бы… Вы не могли бы отдать его мне? Это мой телефон. Его у меня отняли. Велено было в двенадцать звонить, а я в метро была, не успела, – голос звучал совсем не так, как в начале разговора, теперь он стал открытым и веселым.

– Конечно, мог бы. Вы где?

– Подхожу к кафе на углу. Только за дом заверните и увидите.

– Договорились. Только учтите: я еще очень медленно хожу. Ждите там.

– Конечно.

Потом она никак не могла взять в толк, почему не побежала навстречу ему. Почему просто сидела и ждала, радуясь телефону, как весточке от мамы. И не подозревала, что мамины слова нес ей тот самый единственный и на всю оставшуюся жизнь, который и был когда-то обещан.

Незаметная черная кнопка

Часто люди в шесть утра выходят на площадку покурить? Бывает, конечно, но не регулярно, в порядке исключения. И уж, ясное дело, не потому, что проснулся, сделал зарядку, облился ключевой водой и потянуло курнуть перед трудовыми подвигами. Совсем наоборот. Ночь растянулась. Сидели по-соседски. В три часа ночи встретились у подъезда. Каждый откуда-то возвращался.