О, мои несносные боссы!

Макар проводит ладонью по непослушным коротким завиткам на голове и широко открывает передо мной парадную дверь.

– Я бы сказал: «Дамы вперед», но дам здесь не вижу, – позер вытягивает шею и делает вид, что осматривается.

Я молча наблюдаю за клоуном и собираюсь войти внутрь здания, однако Макар протискивается первым и демонстративно закрывает дверь перед моим лицом. Оборачивается, шагая спиной вперед, и с озорством подмигивает мне.

Я с силой сжимаю кулаки, тяну за дверную ручку и следую по тому же маршруту, по которому движется Кирсанов.

Замедляю шаг, чтобы сохранить дистанцию.

Макар подходит к скоростным лифтам, посылает приветственные кивки сотрудникам компании, так же ждущим очереди подняться на необходимый уровень здания.

В кабине, в которую заходит кудрявый поганец, он встречает Рому и Феликса; те, по всей видимости, юркнули в лифт на парковочном этаже.

Они пожимают друг другу руки и двигают ртами, обмениваясь репликами.

Не отводят взгляды до тех пор, пока двери кабины не закрываются.

Глава седьмая

ДАНА

Ненавижу испытывать на себе состояние потерянного щеночка. Такое чувство приходит ко мне впервые, но я уже готова кожу содрать, чтобы выбраться из оболочки, очерненной перспективой бедности и подчинению братьям Кирсановым. Чувствую невидимые гигантские цепы, сковывающие мою свободу, мою индивидуальность.

Это место погубит меня, или отправит в дурдом.

– Нужно рассортировать это к одиннадцати часам, – вместо: «Доброе утро, Даниэла» блондинистая великанша в безупречном, отутюженном костюме пихает в меня бумажную стопку величиной с Эверест.

Я едва успеваю подхватить документы. Пыжусь от их тяжести и пробую устоять на подкосившихся ногах.

– Как… любезно, – шиплю, пытаясь выглянуть из-за вершины стопки, без преуменьшений достигающей уровня моей носовой перегородки.

– Приступать к работе можешь там, – секретутка Кирсановых небрежно махает в конец коридора на одинокую дверь. Я уже предвкушаю скудный интерьер и тесноту.

Она разворачивается, тем самым демонстрируя, что разговор окончен. Господи, какая наглая мерзавка! Если бы я занималась в тренажерном зале чуть усерднее, то смогла бы с легкостью зарядить ей в могучую спину пловчихи эти чертовы документы!

Пусть сама с ними возится.