Дагестанская сага. Книга II

– Н-ну да! – неуверенно сказала Марьяша. – Они тоже доживут!

– А дадэй? – одновременно прозвучал вопрос Шамиля и Арсена.

Девочка приумолкла, сосредоточенно подсчитывая в уме возраст Айши, а три пары ребячьих глаз с надеждой уставились на неё в ожидании ответа.

– Дадэй под вопросом! – вынесла, наконец, свой вердикт Марьяша.

– Ого, как это под вопросом?! – воскликнул негодующе Арсен. – Я хочу, чтобы и она дожила!

– И я! – разом воскликнули Шамиль и Мажид.

– Вы думаете, что ли я не хочу? – расстроилась Марьяша.

Настроение у детей сразу испортилось, и, когда их позвали в дом, они были подавлены и молчаливы, избегая смотреть на Айшу и чувствуя себя виноватыми, что ей, в отличие от них, вряд ли приведётся дожить до коммунизма.

– Что это с вами? – спросила Айша, протягивая каждому по галете и стакану холодного буйволиного молока.

– Ничего! – отвечали дети вразнобой, по-прежнему избегая её взгляда.

– Натворили что-нибудь? – продолжала допытываться Айша.

– Не-ет! – воскликнули дети.

– Какие-то они странные сегодня! – обратилась Айша к дочери, и, пока та собралась ответить, Мажидик, не выдержав овладевшего ими напряжения, выпалил с горячностью:

– Дадэй, а ты знаешь, что ты не доживёшь до коммунизма?!

– До чего? – не поняла Айша.

– До коммунизма!

– До какого ещё коммунизма? – Айша отставила половничек, которым разливала молоко.

– Ну, такого… когда все люди будут жить счастливо… – сказал Арсен.

– И который будет через двадцать лет! – добавил Шамиль.

– Ах вы мои золотые! – Малика рассмеялась и взъерошила волосы сидевшего рядом Шамиля. – И вы из-за этого так сильно расстроились?

– Да – а! – воскликнули дети.

– В таком случае, я бы посоветовал вам вообще об этом не думать! – включился в разговор Юсуп. – Потому что коммунизм, скорее всего, увы, не наступит!

– Как не наступит! – воскликнула Марьяша. – Даже если не через двадцать, а… двадцать пять лет?

– Я, конечно, не берусь утверждать, но в ближайшие лет сто, боюсь, его точно не будет! – сказал, пряча улыбку, её отец.

При этих словах дети испытали одновременно разочарование от того, что у них забрали сказку, и облегчение от того, что их бабушке не будет так обидно. И уже через пять минут тема коммунизма была благополучно забыта.

Глава 3

В это время дня дом был почти безлюден.