Дагестанская сага. Книга II

Больше всего на свете Айша любила такие вот дни, когда из Махачкалы приезжала Малика с Юсупом и детьми, вся семья в полном сборе садилась за большой обеденный стол, и начиналось «большое и дружное общение», как любила говаривать покойная Шахри. Обед перерастал в шумные, весёлые беседы, шутки и остроты перемежались новостями и, конечно же, бесчисленными воспоминаниями, в которых главенствующую роль неизменно играл Ансар.

– А помните, как папа однажды жёг в саду сухие листья, и Шамиль с Марьяшкой стали прыгать через костёр, и Марьяшка спотыкнулась и угодила прямо в него, а папа рванулся к ней и еле-еле успел вытащить… Слава Богу, что пострадали только ладошки и запястья…

Вспомнив давний эпизод, Малика задним числом ужаснулась, испугавшись за свою дочурку.

– Никогда не забуду его лица, когда он вбежал в дом с Марьяшей на руках! – сказала Фарида. – Я за него самого не меньше испугалась, у него ведь уже тогда было больное сердце!

– Смотрите, всегда помните своего деда! – обратилась Айша к внукам.

– Я помню! – быстро сказала Марьяша.

– И я! И мы! – воскликнули вразнобой Шамиль и Арсен.

– А я? – сказал растерянно маленький сынишка Юсупа и Малики Мажид. – Я тоже помню?

– А ты и не можешь помнить, тебя тогда ещё на свете не было! – сказал снисходительно Арсен.

– Можно подумать, что ты хорошо помнишь! – осадил его старший брат. – Ты сам ещё тогда в люльке качался!

– Всё равно я помню! – запротестовал Арсен.

– И добрый! – добавил Мажидик.

– Ну, вот и молодцы! – Малика улыбнулась детям и спросила: – А кто из вас хочет добавки?

– Не-е, мы уже наелись! Можно теперь пойти поиграть?

– Ладно, идите, но только от ворот никуда ни шагу, поняли?

– Да-а! – выбегая из комнаты, закричали дети.

Марьяша вышла из дома и направилась в сад. Обойдя его вдоль и поперёк и поздоровавшись со всеми деревьями и кустами, она опустилась в гамак.

Она принялась тихонько раскачиваться в гамаке, глядя в небо, сплошь усеянное звёздами, мерцающими в чёрно-синей вышине.