(не)запланированная любовь

? Он говорил о том, что собирается порвать со мной у алтаря? Рассказал, из-за чего? Он разлюбил? Влюбился в другую? ? я надрывно всхлипываю и на сиплом выдохе опускаю трясущиеся плечи. ? Что случилось? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… скажите, что я сделала не так!..

Закрываю глаза, абстрагируясь от окружающего мира.

– Ксюша, ? тихо зовет Артем. Его ровный голос обволакивает и раздается очень близко. На секунду разлепляю веки, чтобы убедиться в этом. ? Ты все делала правильно, ? брат бывшего жениха стоит напротив, склонив голову и пытаясь заглянуть мне в глаза.

? Ты ни в чем не виновата. Не взваливай на себя ответственность за поступок другого человека.

– Но… ? я заикаюсь, глотая соленые слезы.

– Ты переживешь это, ? чужие, большие руки ложатся на мои плечи.

– Не переживу!

Не представляю жизни без Максима. Я люблю его. Ужасно, непреодолимо люблю. Никто не заменит его. Ни один мужчина. Никогда.

– Боль уйдет, ? Артем притягивает меня к себе.

Щекой соприкасаюсь с его теплой, твердой грудью.

Не то. Объятия не те. Они слабые, не сковывающие, но удушающие. Ощущения чужеродные, неизвестные, неуютные.

– Пустите, ? я сгибаю локти и упираюсь растопыренными ладонями в пресс брюнета. Рельефная мускулатура отчетливо чувствуется через одежду.

Артем поддается и позволяет оттолкнуть себя.

– Тебе нужно поспать. Я провожу до спальни.

Мужчина отворачивается, тем самым демонстрируя, что не собирается уточнять, согласна ли я с данным планом.

Просто ставит перед фактом и ждет, что я послушно поплетусь за ним.

– Я не хочу спать, ? возражаю с агрессией.

Уж точно не ему, совершенно постороннему человеку, решать, как мне справляться с сердечной болью. Сон не спасет. Да и алкоголь, ради которого я сюда спустилась, тоже.

– Уверена? ? Артем бросает на меня взгляд через плечо, пряча жилистые руки в карманы штанов. ? Ты справишься, оставшись один на один с мыслями о подлости моего младшего брата?

Намерено цепляет за больное? Вскрывает мою грудину и ложкой для мороженого погружается, расковыривает мышцу, что гоняет кровь по венам.

Смакует, словно сироп, горечь, что плещется в моих глазах? Он же наверняка видит, как я измучена предательством, и так безжалостно тычет этим мне в лицо.

– Оставьте меня, ? процеживаю я сквозь зубы. Плотно стиснув челюсти, скрываю крупную дрожь в подбородке.

Артем со вздохом кивает.

– Поверь, Макс не заслуживает твоих слез.