Мир до и после дня рождения

Благодаря его злоупотреблению их гостеприимством Лоренс, пожалуй, сможет перемыть всю посуду! Стоило завязаться беседе, как их прерывал Лоренс, появлявшийся из кухни с намерением то протереть стол, то убрать капли воска, при этом он старался не встречаться взглядом с Рэмси. Не обращая внимания на бестактность хозяина, гость наполнял бокалы вином. Упаковывать свой кий он стал уже после трех.

За весь год трио больше ни разу не собиралось, словно Ирине и Лоренсу требовалось время на восстановление сил. Однако Лоренс был не в обиде и соглашался с Ириной, что манеры Рэмси прямо противоположны уровню его мастерства в снукере.

Кроме того, за украденное у сна время Лоренс получил отличную компенсацию в виде бесплатных билетов на матчи всего сезона.

Вновь наступил июль. Однако в этом году все было необычно.

Несколько дней назад Лоренс позвонил Ирине из Сараева и напомнил о приближающемся дне рождения Рэмси.

– О да. Верно, – произнесла она. – Я и забыла.

Ирина обманывала прежде всего себя.

Она не забыла и повела себя глупо, притворившись. Малейшее утаивание истины от Лоренса вносило в жизнь ощущение изолированности и грусти, отдаления, а порой и страха. Она скорее предпочла бы быть уличенной во лжи, чем позволить хитрости сойти с рук и жить с ужасом оттого, что подобное возможно.

– Не собираешься с ним созвониться? – поинтересовался Лоренс.

Ирина медлила с ответом, пока не узнала, что Лоренс пробудет на конференции по «формированию нации» в Боснии до 7 июля.

– Даже не знаю, – наконец сказала она.

 – Не уверена, что мы с Рэмси такие уж близкие друзья.

– О, я думаю, ты ему нравишься, – сухо заметил Лоренс, но в интонации слышался подтекст: «Очень даже нравишься».

– Он такой скучный. Не представляю, о чем мы будем говорить.

– А ты не думаешь о формате «без галстука»? Ей-богу, Ирина, тебе следует позвонить, пусть и для того, чтобы предоставить ему возможность отказаться от встречи. Сколько лет мы…

– Пять, – угрюмо ответила Ирина. Она считала.

– Если ты не позвонишь, он обидится. Перед отъездом я оставил Рэмси сообщение на автоответчике мобильного, сказал, что в этом году 6-го буду в Сараеве, но случайно проговорился, что ты остаешься в Лондоне. Если у тебя нет настроения, я всегда могу перезвонить отсюда и сказать, что в последнюю минуту ты передумала и поехала со мной. Какая жалость, что нас обоих нет в городе, и всякое такое.

– Нет, не стоит. Не хочу опускаться до лжи по столь ничтожному поводу.