Мир до и после дня рождения

Однако Ирина подумывала добавить к плавным движениям вальса нечто бодрящее, похожее на ча-ча-ча.

Готовясь к этому заранее, она навела порядок в спальне. Прошлым вечером она была так возбуждена, что побросала вещи на кресло. Взглянув на них утром, изуродованно смятых, она почувствовала отвращение. Принюхавшись, ощутила исходящий от юбки стойкий запах сигарет и бросила ее в корзину с грязными вещами. Дырочку на кофте уже не починить, поэтому она отправилась в мусорное ведро. Убирать вещи было так же приятно, как долго принимать душ, очень долго, пока с водой не стекла с нее вся внутренняя грязь.

Они разделись. К счастью, обнаженные тела друг друга уже не вызывали грубую похоть, скорее приятное волнение от предстоящего наслаждения. Именно поэтому ей казалось странным желание Лоренса сразу забраться в постель. Сердце забилось сильнее. Почему тщательно обдуманное предложение, которое она собиралась озвучить, стало казаться радикальным?

– Почитаем? – предложил Лоренс.

– Н-нет. – Она уже лежала рядом.

– Ладно. – Он потянулся к выключателю лампы.

– Подожди, не выключай пока свет.

– Хорошо. – На лице возникло то же возмущенное выражение, когда она попросила поцеловать ее «как следует».

– Я подумала… пока тебя не было, я много думала. Может, попробуем что-нибудь новое?

– Новое в чем?

Ирина сразу почувствовала себя глупо и пожалела, что начала этот разговор.

– Ну, ты знаешь – в сексе.

– А что тебя не устраивает в том, что было раньше?

– Ладно.

– Так зачем же менять? Ведь тебе нравится?

– Очень! Давай забудем. Не думай о том, что я сказала.

– Ну… а что ты хотела изменить?

– Я всего лишь подумала, может, нам попробовать что-то новое. Например, повернуться лицом друг к другу. – Все было устроено ради того, чтобы заглянуть ему в глаза, но теперь Ирина была так смущена, что не могла смотреть на Лоренса, а они ведь еще даже не приступали к сексу.

– Ты о миссионерской позе? – неуверенно спросил Лоренс.

– Возможно, если ты так ее называешь. – Грудной голос Ирины стал тонким и скрипучим.

– Но много лет назад ты сказала, что миссионерская поза неудобна для женщин, именно она стала причиной того, что женщины вообще отказываются от секса. Она не создает трения в нужном месте. Помнишь? Это твои слова.

– Да, не создает, ох – ну, ты понимаешь, мне нужно немного помогать.

– А мне, как ты понимаешь, проще оказать эту небольшую помощь сзади.

– Верно.