Брак по контракту

Пыталась унять трясущиеся тело. Не понимала, почему именно меня трясет: из-за боли, стресса или холода.

– И мы со всем справимся и преодолеем, —оптимистично произнес сын. – Тем более с нами теперь папа.

Рассеянно кивнула, а как же, с Владом можно было бы из без геройства и риска для жизни обойтись. На улице послышался громкий "бах", я испуганно дернулась. Мимо нас промчался мотоцикл, у которого были неполадки с выхлопной трубой.

За один день из уверенного человека  превратилась в перепуганную неврастеничку.

Не одна я вздрогнула, мне показалось, что все испуганно смотрели вдаль удаляющемуся транспортному средству.

Нет, так жить мы не будем.

Таксист остановился возле частной поликлиники, и, как только мы вышли из автомобиля, нажал на газ, поспешно покидая нас.

– Доктор уже ждет, – подталкивая нас ко входу, проговорил телохранитель.

Он что-то быстро проговорил Николаю, я не расслышала, и направился к нам, а водитель ушел.

Доктор встретил в приемной, поспешно провожая в кабинет.

Телохранитель отправился с нами, оставлять нас с чужим человеком он не собирался. А, может, получил указание ранее не оставлять с доктором.

Наша троица вошла в кабинет. Мужчина отвернулся, когда я снимала одежду, а потом  осмотрел нанесенный моему телу ущерб. Вся правая сторона чем то напоминала решето с дырочками разного размера, которые кровоточили. Не нужно быть врачом чтобы понять – серьезных ран нет.

Я прикрылась испорченной одеждой, позволяя доктору оказать помощь.

Телохранитель сфотографировал пострадавшую сторону моего тела, не спрашивая на то разрешение, и вышел из кабинета.

Отчет!

Доктор обрабатывал и бинтовал руку, а мой мозг усиленно работал. Пожалуй,  погорячилась с решением. Сейчас ужасно корила себя за сомнения. Хотела дать ему возможность создать нормальную семью. Мечтала о том, чего быть никак не могло. В мире Волошского, где правят деньги, нет места семье.

Никакого шанса! Я не собираюсь подвергать своего сына опасности.

Не успел Влад появиться в жизни, как в нас стреляют. Пусть сам разбирается со своими проблемами , а я с сыном хочу жить нормальной жизнью. Хотя правильнее будет сформулировать по другому: Я ХОЧУ ЖИТЬ.

Рисковать собой и ребенком не позволю. Я не стану самолично обрекать сына на опасность. Лучше уж без отца, чем с таким бонусом. Единственный выход – бежать!

Фирма пусть остаётся ему. Да, это мое дело, на которое я потратила столько сил, но жизнь сына дороже.