Поцелуй Герыча

– Солнышко, я тебя угощаю, я тебя поздравляю.

– А с чем ты меня поздравляешь? – уже по-свойски спросила Яна.

– С праздником! – торжественно сказал покупатель.

– С каким это, интересно?

– Красивая девушка – сама праздник! – произнёс восторженно первый покупатель.

Конечно, Яне было приятно получить комплимент. В ответ она отблагодарила очаровательной улыбкой. Внимание первого покупателя вдохновило. Он только порывался что-то ещё ей сказать, но тут за ним, словно по мановению волшебной палочки, выросла целая очередь.

В течение дня покупателей пришло много больше, чем она ожидала. Продала почти весь товар, даже кое-чего не хватило. Яна раскраснелась – работала целый день как гостеприимная хозяйка. Осмотрев полупустые прилавки, стала звонить Надежде Александровне:

– Надежда Александровна, мне товара не хватило.

– Как? Да ты что?

– А так – уже почти ничего не осталось.

– Вообще-то это трёхдневный оборот…

– Приезжайте. Снимайте кассу. Я буду киоск закрывать. Мне торговать нечем.

– Хорошо. Дождись меня.

* * *

Сбросив номер, Надя немного занервничала. Вроде, надо бы радоваться, что наконец-то этот киоск дал такой оборот. Но в душу закралось что-то тревожное. Что уж тут думать: наверное, Яна – продавец высшего пилотажа. Вновь ощутила под ложечкой тягучий холодок, и сердце заныло. Интуитивно понимала, – муж оценит. Корнилов ведь может на новенькую и внимание обратить, по-серьёзному. Если бы он оценил жену за то, что такую смазливую девчонку взяла на работу.

Наде не хотелось верить в предчувствие. Во-первых, Корнилов – наркоман. Этот факт может Яну оттолкнуть. Во-вторых, она знает, что у новенькой есть сын, значит, и муж есть или любимый. Она непохожа на тех, которые бросаются на мужчин. Гордости – хоть отбавляй. В-третьих, сам Корнилов сексуально слаб, с ним нормальный интим можно по пальцам посчитать… Надя глубоко вздохнула. Корнилову она нужна, ведь бразды правления всем бизнесом отдал ей, даже свою жизнь доверил.

Надя решительно направилась в комнату к мужу. Она увидела тело Корнилова, распластанное в кресле. Обрюзглое лицо, закатившиеся глаза, – он отсутствовал в реальном мире. Пустой шприц на журнальном столике подтвердил её догадки. «И кому он такой нужен, кроме меня?» – эгоистичная мысль пробежала током.

Корнилов под кайфом становился омерзительным.