Аполлон и Стикс

Их отношения в значительной степени протекали в ресторанах. Среди ресторанов у них были любимые и так себе, тайные, памятные, нелепые, одноразовые, особенные и проходные. Дорогой московский стейк-хаус “Бизон” наряду с его непосредственным конкурентом “Гудманом” составлял основу их ресторанного репертуара.

– В следующий раз встречаемся у меня, – сказал он, вставая в пробку на Театральном проезде. – Все равно жизнь возможна только в пределах Бульварного кольца, так зачем его лишний раз покидать.

– Твое чувство личной уникальности не доведет тебя до добра, – пообещала Кристина.

– Это ты мне тоже всегда говорила? – спросил он.

– Не помню, но не исключаю, – сказала она и, на глаз оценив размеры пробки, добавила: – Я еще посплю.

Она снова приняла форму клубка, для большего уюта обхватив себя за плечи.

– Увидишь во сне “Маредо”, передавай привет, – попросил он.

* * *

Темные окна ресторана отражали человеческие фигуры почти так же контрастно, как зеркала. Людей было много, и им пришлось ждать свободного столика, надираясь красным вином у барной стойки.

Когда стол освободился, они заказали по стейку и несколько минут наблюдали, как юный официант готовил перед ними соус из источавших колдовские ароматы трав. У соседнего столика шеф-повар в высоком колпаке в сопровождении помощника выполнял театрализованный обряд нарезки мяса, в декоративных целях пуская клубы белого дыма к потолку, оформленному в виде винного погреба.

– Как дети? – спросил он, оставшись с Кристиной наедине.

Выпив два бокала вина на голодный желудок, Кристина повеселела и воспринимала каждую услышанную фразу как анекдот.

– Все нормально, – фыркая от смеха, сказала она. – Я пришлю тебе видеоотчет.

– Фотографий достаточно, – заверил он. – Анфас и в профиль, можно черно-белые.

– Таких у них, слава богу, еще не появилось. – Она передернулась, как от холода, и макнула кусок хлеба в третий бокал вина.

– Значит, действительно все нормально, – поверил он. – Как клиенты?

– Что с ними станется? – Кристина пожала плечами, задумчиво жуя мокрый красный мякиш.

Она напоминала газель, неожиданно оказавшуюся плотоядной. – Ну, вот разве что Аглая собирается покончить с собой.

– То есть все как обычно, – кивнул он и тоже макнул хлебом в ее бокал.

– Эй, – запротестовала Кристина, все лучше и лучше интегрируя отщепленную агрессию под влиянием алкоголя. – Причащайся из своего грааля.

– Ну, дай мне хотя бы пищу для ума, если не для тела, – миролюбиво попросил он.